ОСВОД. Челюсти судьбы

 – Концентрация испарений ТГК в воздухе тут запредельная.

– Интересные дела… – пробормотал я, натягивая респиратор, и продолжил уже глухим бубнящим голосом:

– Я-то ладно, но как тебе может повредить твое собственное сновидение? Неужели не можешь превратить тетрагидрокан во что-нибудь более безобидное? В аромат лесных фиалок, например?

– Не могу… Дело в том, что мы сейчас не просто в сновидении… Это Истинный Мир.

– Простенький какой-то… – усомнился я. – Незатейливый. Без фантазии сделанный… Я бы такие Миры мог придумывать десять на дню, не особо перетруждаясь.

– Придумать любой дурак может, без обид… А вот попробуй сделать так, чтобы Мир работал, чтобы действительно отражал все мироздание во всех деталях и тонкостях и чтобы мироздание отражало его… Вот это задачка для мастера.

– Погоди, погоди… Так это не чужой Мир? Твой?

– Мой. – Даже респиратор не помешал расслышать в коротком слове Хуммеля безмерную гордость творца.

Тогда понятно… Сложные и изощренные Истинные Миры могут создавать космократические Силы, а могут и люди, но тогда их творит коллективное бессознательное целых народов (как недоброй памяти гаитянский ад).

– Нечто вроде дипломной работы? – догадался я. – На двадцатую степень посвящения?

– Можно сказать и так.

– И как тут все устроено? Только объясни коротко, в двух словах…

– В центре Мира – там, где мы сейчас – постоянно спит Конопляный Медведь и видит очень сложный многослойный сон.

– Где?

– Что «где»?

– Берлога медведя где? Хочу взглянуть одним глазком на миродержца…

– Хм… Ты давно из-под воды? Что-то притормаживаешь… Вообще-то ты на Медведя уже смотришь. И не одним, а двумя глазами.

Не понял… А потом понял.

– Ох… Ничего себе топтыгин…

Я задумчиво рассматривал то, что до сего момента считал травянистым холмом. Была бы шерсть не зеленой, а бурой, сообразил бы раньше.

Но толком рассмотреть ничего не удавалось – слишком близко. А подальше не отойти, высокие стебли заслонят весь вид на исполинского медведя. Чтобы полностью насладиться зрелищем спящего супермишки, нужен вертолет, или аэростат, или способность к левитации.

Почва вновь содрогнулась.

– А ты не можешь как-то справиться с землетрясениями? Как бы не разбудили они косолапого…

– Нельзя, – покачал головой Хуммель. – Это имманентная характеристика Мира.