Аутодафе

Вперед, к тайнам Вселенной! Вперед, к загадкам микромира! Засеем мерзлоту яблонями и кукурузой! Да мне…

Трах! – кулак обер-инквизитора грохнул по лабораторному столу. Илья Модестович Семаго осекся. Малыш на сей раз заплакал…

– Ты мне зубы не заговаривай, – тихо и зловеще сказал Юзеф. – И волюнтаризм не поминай… Отвечай коротко и конкретно: что андроповские орлы сделали с мальчишкой?

– Коротко и конкретно – изменили генетический код. Предположительно – на ранних стадиях деления оплодотворенной яйцеклетки.

– Ружич бы разобрался, – подковырнул обер-инквизитор.

– Сомневаюсь… У него была гениальная интуиция, не спорю. Но порой Константина Аркадьевича заносило не туда. И большинство гипотез Ружича остались гипотезами. Стройными, красивыми – но ничем не подтвержденными. Его идеи о том, что в геном собаки можно «вшить» ген, к примеру, каракатицы и получить на выходе нечто странное, – это, знаешь ли…

Илья Модестович неодобрительно покачал головой, словно не понимал, как взрослые люди могли всерьез воспринимать бредовые построения его покойного коллеги.

Юзеф не стал спорить. Как бы то ни было, главное теоретическое обоснование деятельности и Трех Китов, и всей Конторы принадлежало именно Ружичу. Он и никто иной первым додумался связать геном человека и появление на свет странных тварей, вроде бы ничего общего с людьми не имеющих.

Ученые-генетики выделили гены, отвечающие за рост, цвет волос и глаз и т.д. и т.п. Но предназначение не менее восьмидесяти процентов генов человека осталось неясным. Вроде бы информация из них никак не использовалась. Ружич предположил: именно эти гены-модификаторы при особых условиях способны вызывать трансформации людей в нечто чуждое… Впрочем, не всегда в опасное.

Ортодоксальные генетики поначалу не спорили с работами Ружича, опубликованными под псевдонимами: да, мол, в генокоде людей прошита вся история их эволюции как вида – от простейшего одноклеточного существа.

Но Ружич пошел дальше. Стал утверждать, что в геноме хомо сапиенса замаскированы латентные гены не только прямых предков человека, но и всех живых существ земного биоценоза. Как ныне здравствующих, так и давно вымерших.