ЭВОЛЮЦИЯ. Книга 2

Добравшись до тонкой верхушки и сознавая, что дальше некуда, несчастная, затравленным и отчаявшимся взором, осматривала ветви, ища опору для того, чтобы скакнуть в другое место. Она инстинктивно чувствовала, что они не дадут ей совершить надлежащий прыжок.

Да и злой хозяин гарема, движениями своего туловища в ту же сторону, что и самка, пресекал её попытки, а с ними и надежду на спасение. Тем самым он давал ей понять, что она обречена. Бедняжку охватило отчаяние: она поняла и то, что тонкая центральная ветка, за которую она держалась, не даст ей сделать сильный прыжок.

Она согнётся и не позволит оттолкнуться от неё. Молодуха задрожала всем телом и сникла от тоски и безысходности.

Посмотрев испуганным взором вниз, на недобрый оскал преследователя и чтобы не попасть в лапы изверга, она решилась на отчаянное действие – падение вниз. Но в этот момент, отвергнутый самец вонзил клыки в её заднюю ногу. Она заверещала от пронзившей боли, попыталась неумело отбиваться, но вожак тянул её вниз. Конечно, она не могла долго сопротивляться здоровому гоминиду.

В итоге, она сползла вниз и оказалась рядом с ним. Он выпустил из пасти ногу, но вцепился в её шею. Затем подался чуть выше и, повиснув на передних лапах, с силой ударил задними в живот.

Обречённая ухнула от сильного толчка и, пролетев по дуге, тяжело ударилась об землю. Умерла она мгновенно, даже ни разу не дёрнулась. Изо рта, то ли от удара, то ли из прикушенного языка, показалась кровь. Спрыгнув с дерева, палач осмотрел её, затем схватил за ногу и потащил в близлежащие кусты.

Там он бросил её и направился к своему гарему.

За этой расправой, с нетерпением и всё нарастающим возбуждением, зорко следили молодые самцы, находившиеся на соседних деревьях. Неустанно вопя, они носились по ветвям и бросали в сторону атамана сломанные ветки. От возбуждения, угрожающе торчали их пенисы. Им нужна была разрядка и неважно, какая: драка или секс. Соитием, конечно и не пахло, но атмосфера побоища уже витала в воздухе. Ненависть к жестокому вожаку, за его бессердечие, изливалась из всей кричащей и носившейся братии.

И когда предводитель потащил самочку в чащу, взвинченность холостяков достигло предела. Вожак уже шёл к гарему, как на него, молча, словно сговорившись, со всех сторон, одновременно, напали бобыли. Завязалась отчаянная драка. Визжа на все голоса, общество "неженатых" вымещало на нём всю свою накопившуюся злобу. Три десятка крепких, почти взрослых самцов против одного.