Отель «Ambassador»

После телефонного разговора этот парень сказал напарнику, что пойдет прогуляется до ветру. Быстро его не хватятся, а когда забеспокоятся, то уж на нас исчезновение этого балбеса никак не повесят. Мы уехали задолго до того, как он испарился. Да и кемеровским омоновцам он до фени. Кстати, вот и телефончик его – можно будет пробить номерок, по которому он звонил.

Ругать Стоянова за проявленную инициативу было по крайней мере неразумно. Но и от похвалы Веклемишев воздержался.

Димитр выполнил порученное задание, и сделал это вполне профессионально.

– Пошли побеседуем, – коротко сказал Веклемишев. – Кстати, товарищ подполковник, как вас зовут? А то все по-уставному, нет душевного контакта…

– Игорь Иванович, – сообщил тот.

– А меня Вадимом Александровичем кличут, – скромно доложил Веклемишев. – Я вас попрошу, пока мы беседуем с нашим гостем, свяжитесь еще раз с заставой, уточните состояние Дагаева.

– Разрешите я с вами, – подал голос со своей скамейки старлей Гриша. – Послушаю, что скажет наш гость.

– Конечно, – согласился Вадим. – Кстати, как у вас, Григол, с чеченским языком?

– Без проблем, – пожал плечами Абашидзе. – Разговариваю, только не пишу.

– Да мы все здесь не письменные, – усмехнулся Веклемишев.

– Больше по разговорной части, чего и искренне пожелаем нашему пленнику.

Глава 6. Вопросы есть? И очень много…

Освещенный тремя карманными фонарями, недавний постовой представлял собой картину неприглядную.

– Дай-ка, Дима, слово оратору.

Стоянов наклонился и рывком сорвал со рта пленника кусок скотча. В следующую секунду на них обрушился град проклятий и угроз. Обидчикам – русским свиньям и исчадию ада на чеченской земле – были обещаны все загробные кары, а также вполне земные неприятности. Было торжественно объявлено, что сию секунду или чуточку позже сюда примчится батальон «Восток» в полном штатном составе, а также Рамзан Кадыров собственной персоной, и грязных чушек повесят вверх ногами на ближайших столбах, оплюют, и они будут висеть, пока не сдохнут и вороны им не выклюют глаза.

Терпения Веклемишева хватило примерно минуты на полторы.

– Мы с тобой, Дима, нынче выступаем в роли апостола Петра. Нас распнут, причем вниз головой, что очень даже обидно, – со вздохом сказал Вадим.