Коммунистическая республика Камчатка

Завтра утром жду от наркоматов промышленности, НКВД и обороны письменный план работ и эскизные проекты освоения Сент-Винсента. – Заключил Предсовнаркома, закрывая заседание.

Оставил в зале только Болотникова, Зильбермана, Жердева и приказал дежурному по ГКП вызвать нового наркома внудел Шнурко, ВРИО командующего Коровалова и боцмана Влазнева.

– Ну что же, товарищи! Уж заседать, так заседать! Верховный совет отзаседал, Совнарком отзаседал. Пока ищут Шнурко, Коровалова и Влазнева, предлагаю провести заседание Политбюро.

Предлагаю обсудить вопрос, как же так произошло, что Генеральный секретарь святая святых – нашего Политбюро, оказался вожаком заговора против нашей родной Советской власти. И что нужно сделать, чтобы в дальнейшем это не повторилось.

– Думаю, тут чисто субъективное дело. Круминьша не устраивало то, что всеми делами в республике заправляешь ты, Николай Иосифович! А он хотел быть главным сам.

– Уж извини, Николай Иосифович, что раньше тебе не сказал, но Круминьш еще в самом начале нашей эпопеи при мне высказывался за то, чтобы отстранить тебя от должности командира Марти, – дополнил Болотников. – Потом, правда, притих. Я думал, он эту мысль оставил. Оказалось – нет. Вместе с Ягодиным и Замилацким заговор составил. Ну и поделом ему!

– Ну, если в самом деле кто-то из вас считает, что я слишком много полномочий на себя взял, я готов поделиться! – отреагировал Мещерский.

– Брось кокетничать, Николай Иосифович, – у нас система власти вполне разумная сложилась. И ты, как безусловный лидер экипажа, взял на себя столько, сколько смог потянуть. Мы все, здесь присутствующие, тянем свой воз в меру сил и способностей! Правильно я говорю, товарищи? – осведомился Жердев.

– Поддерживаю! Согласен! Все правильно! – отозвались члены Политбюро.

– Я хоть и не член Политбюро, но тоже поддерживаю! – высказался Коровалов. – Вы, Николай Иосифович – безусловный лидер и авторитет для всех мартийцев.

– Для конвойников и членов экспедиции – тоже, – присоединился Болотников.

– А если посмотреть на это дело с юридической точки зрения, то имело место вмешательство Генсека в оперативную деятельность Совнаркома через голову его Председателя. Круминьш отдал приказ Ягодину и тот его исполнил.