Лучший шпионский детектив

И не дожидаясь, пока Адамс прочитает, озвучивает сам:

– Три года назад этот молодчик провёл ночь в каталажке за то, что избил… – он начинает приближать лицо теперь уже к Адамсу, но тот сразу же испуганно отмахивается, – за то, что избил Бернардо Дзанутти! Дело не было возбуждено в связи с тем, что пострадавшая сторона не стала подавать заявление. Но посмотри, какая картина вырисовывается: три года назад он его избивает. Вчера, по его же словам, он его якобы убивает, а на самом деле не убивает.

Тогда тот вчера же – это следует из авиабилета, который мы нашли при обыске в доме 20 на Либерти-стрит, – так вот, Дзанутти вчера бежит сюда из Атчисона, а уже сегодня сюда прибывает он, – кивок в мою сторону, – и как результат мы имеем труп Дзанутти, а поблизости от него этого невинного барашка, который уверяет, что он здесь не при чём!

Он поворачивается ко мне:

– Не слишком ли много совпадений, Харрис?

– Так я могу идти? – задумчиво спрашиваю я.

Оба почти одинаково разводят руками, только Эскобар делает это с возмущением, а Адамс с усмешкой.

– На момент убийства у вас алиби, – говорит он, – так что в принципе такой вариант не исключён – в том случае, если вы сумеете нам толково пояснить про свой револьвер: не мог ведь он сам застрелить вашего недруга, а потом выброситься в мусорный бак?

Пояснить? Да легко! Разве неясно, что его у меня украли? Что это за сыщик, у которого украли револьвер? Ну, вот такой, значит, сыщик…

Я уже открываю рот, чтобы сказать всё это, но меня перебивает Адамс.

– Слушайте, Харрис, только не надо говорить, что у вас его украли, – просит он. – Вам это никак не поможет: мы всё равно вас задержим, просто уже не как возможного убийцу, а как важного свидетеля. И нам времени терять нельзя. Да и Хуану уже надоело изображать из себя злого полицейского…

– Ещё как! – неожиданно смеется тот. – Я ведь добрый малый, у меня четверо детей! А тут надо орать, рычать, злиться… Давай начистоту, Харрис.

Я задумываюсь. Вроде бы они неплохие ребята. Может, и действительно нужно рассказать им всё? В разумных пределах, конечно.

– А давайте заключим уговор, – предлагаю я. – Я вам действительно всё начистоту рассказываю, а вы меня отпускаете.

Они переглядываются.

– Ну… – нерешительно тянет Адамс, – не могу вам твёрдо обещать. С одной стороны, у вас алиби, но вот револьвер… Всё будет зависеть от этого.

– Ладно. Слушайте.