Даяна I. Стезёй Боли. Том 7

– Когда ты сам готов поделиться воспоминаниями – не одно и то же, чем, когда я их беру сам.

– Воспоминаниями? – удивился я. – Значит…

– Нет, – покачал головой Бог. – Мысли я читать не умею, в отличии от твоей Богини. Да и нечего у вас читать, всё примитивно и порой начертано на лицах, – горько усмехнулся Танатос. – Это утомляет.

– Понимаю.

Он едва заметно поморщился от моей неуклюжей реплики.

– Что до твоей ситуации, тут даже я не могу найти слов. Вот только не знаю: восхищаться ли твоей удачливостью или скорбеть о скудоумии?

Я, насупившись, молчал, понимая, что Танатос отчасти прав.

– Сейчас я знаю всё, что ты видел и слышал в своих двух жизнях. И в твоей голове нет знаний о том, что если Первожрец одного бога принесёт в жертву Первожреца другого Бога, то тем самым он нарушит закон Равновесия.

– И что это означает? – внезапно пересохшим горлом поинтересовался я.

– Это означает только то, что обиженный Бог вправе потребовать сатисфакции, обратившись к Двуединому, как главенствующему над Порядком, – спокойно пояснил Танатос, глядя мимо меня.

 – Простыми словами, Двуединый с Двалиным сейчас бы получили полное право напасть на Тиамат и уже бы разносили Сердце Хаоса. А скорее всего – уже бы как раз заканчивали. И ни один Бог был бы не в праве им помешать. Только случилось так, что один очень глупый Первожрец оказался весьма удачлив, как я уже заметил. Причём удачлив настолько, что не только не попытался отдать божественную силу своей Богине, а и сумел вывернуться из расставленной западни одним единственным верным способом.

– Тем, что отдал Алтарь тебе?

– Тем, что отдал божественную силу тому, кому она совершенно бесполезна, тем самым отрицая выгоду. У меня есть алтари, вот только к ним не придёт паства и не отдаст свою частичку. И даже, если у меня отнять их все – сила только продолжит увеличиваться.

Получается, что он хоть и обладает каким-то количеством Алтарей, то скорее всего просто для того, чтобы сохранить это самое Равновесие?

«Или, чтобы другие Боги рот не порвали от халявного сладкого», – я склонялся именно к последнему варианту.

– Смерть, – осенило меня. – Конечно же! Ты получаешь силу, когда кто-то умирает.

– В том числе, – кивнул Танатос. – Я единственный, кому не нужно поклонение, хоть глупцы и пытаются время от времени приносить мне жертвы, тем самым нарушая естественный ход событий. Каждая смерть должна состояться вовремя. Для каждого.

Время и Смерть.