Андер. Книга вторая

Частицы мозговых тканей одного из пропавших тел, которые только что проверил мой помощник, отличаются по свежести от вот этих, как гнилая клубника отличается от только что сорванной. Здесь уже заметны…

– Избавьте меня, пожалуйста, от ваших сравнений, Лори, – на лицо Крайвена наползла брезгливая гримаса. – Вечно аппетит испортите перед обедом.

– Вот-вот, господин дознаватель, – проворчал эксперт. – А у нас ещё обеда даже в планах нет.

– Господин Крайвен, – послышался голос из дальнего угла помещения. – Можно вас на минуту.

Поправив старомодный котелок, постоянно съезжающий ему на затылок, дознаватель еле слышно вздохнул, нутром чувствуя, что, похоже, его обед тоже откладывается на неопределённое время.

– Что у вас? – вздохнул он, остановившись поодаль, не заходя в зону поиска.

– У нас- это, – молодой парень в униформе сотрудника мобильной лаборатории протянул Крайвену бумажный пакет. – Взгляните. Волосы. Судя по длине – женские. Точнее сможем сказать, когда получим более точный результат.

– Ну вот можете же, – победно усмехнулся Крайвен. – Результаты мне сразу по готовности.

– Будет сделано, – кивнул парень, снова окутывая поисковым заклинанием закуток, с набросанными там деревянными ящиками. И кто их только сюда натаскал?

Крайвен ещё сам до конца не понял, на что отреагировал его глаз, но уже приседал, аккуратно подцепляя ногтем мизинца блестящий круглый предмет.

– Похоже, что я вас перехвалил, – проворчал он, рассматривая находку поближе.

На паренька было жалко смотреть. Съёжившись, он пробормотал что-то похожее на извинения, поскольку знал, что Крайвен может простить абсолютно всё, кроме халатного отношения к работе.

– П-простите господин дознаватель. Ну вы же знаете, что у меня плохо с металлами. Предрасположенность такая. Я же вам не Говорящий.

– А вот плохо, что не Говорящий, глядишь бы пользы больше было, – беззлобно проворчал Крайвен, и эксперт понял, что разнос на сегодня откладывается.

Найденная пуговица была довольно серьёзной уликой.

Это не какая-нибудь пуговица, которые пачками отливают для простолюдинов в тесных подвалах торгового квартала. Это была серебряная пуговица, которую мог позволить себе только какой-нибудь пижон из простаков, который пытался продемонстрировать достаток. Вот только вряд ли пижон не видел, что пуговица-то женская. Не бывает на мужских таких изящных вензелей и завитушек.