По замкнутому кругу

В первом часу ночи сходила в Клевцов тупик, Вадим ей рассказывал о нем. Тихо и страшно. В доме света нет. Тогда она бросилась в милицию, добилась Трапезникова…

– А как же его просмотрел наблюдавший в тупике Клевцова?

– Старшина Ратников наблюдал за домом Ежова из окна квартиры напротив. Увидев Тарасова, он бросился к телефону, а когда вернулся к окну, парня уже не было. Оперативная группа прибыла в Клевцов тупик через двенадцать минут, перелезли через ворота, но уже никого в доме не было. След от машины «Москвич» вел на противоположную улицу.

Забор здесь был разобран, и на проезде четко отпечатался след от протектора задней покрышки.

Лунев замолчал, но я слышал его тяжелое дыхание. После паузы он сказал:

– Вот так, Федор Степанович.

– Сейчас же позвоните Трапезникову. Я свяжусь с начальником милиции. Надо срочно послать несколько оперативных групп обследовать весь район тупика Клевцова и прилегающих улиц. Через час, Лунев, встретимся у меня в кабинете.

После дождя

Накинув плащ, я вышел на улицу.

У подъезда меня окликнул Вася Машков, приехавший на дежурной «Волге». Шел дождь, осенний, холодный дождь. На дорогах в свете фар блестели опавшие листья. Было зябко и чертовски скверно на душе.

Мы сделали многое, чтобы сохранить Вадима. Охрана была выставлена, но он понял, что за ним наблюдают, и нашел способ уйти. Можно предположить самое худшее… Глупо оправдываться перед самим собой, все равно какая-то доля вины в исчезновении Тарасова есть и, как это ни горько, никуда от нее не денешься…

В кабинете меня уже ждал Лунев.

На лице его можно было прочесть тревогу и озабоченность.

– Вы нашли вчера старшину милиции Валиева? – спросил я.

– Да, Федор Степанович, я застал его дома перед самым отъездом. Валиев получил отпуск и едет к родным жены в Бугульму.

– Рассказывайте.

– Описание двора и дома точно, как у Тарасова.

– Что старшина говорит о Ежове?

– Пройдоха и вор, но не пойманный.

– И это все?

– У Валиева все.

– Вижу, Женя, кое-что вы приберегли напоследок. Так?

– Так, Федор Степанович. От Валиева я пошел в отдел кадров Управления торгами, посмотрел личное дело Ежова. Вот что я выписал. – Он достал из планшета лист бумаги и протянул мне.

«Ежов Казимир Засимович, родился в Саратове, – читал я, – в 1911 году, в семье торгового служащего. Кончил коммерческое училище. В 1928 году поступил продавцом в магазин бывший Блантера.