Рассветы над Вавилоном

Ахмед оторвался от экрана и задумчиво посмотрел на Рори.

– Ну что ты, Рори, как я могу с тобой не разговаривать? Ты просто не совсем правильные вопросы задаешь. Какая нам сейчас разница, кто такой этот Буров – гонщик, спасатель или бакалейщик. Вопрос должен звучать так: как нам его догнать.

– Ну хорошо, хорошо.

Рори пригладил блестящий от геля кок и поправился:

– Как нам его догнать, Ахмед? Что думаешь?

– Понять его логику. Куда и зачем он так несется. Ведь мы же исходим из того, что он не знает, что за ним идет охота, так? Тогда зачем ему нестись, как будто за ним гонятся все черти преисподней?

– Очень просто, – сказал красавчик.

Обе головы, маленькая с высоким коком и большая с минимумом волос, повернулись к Павлу. Молчание длилось недолго. Рори не выдержал первым.

– Поясни! – взвизгнул он.

Одна наиболее непослушная прядь все-таки вырвалась из-под диктата мощнейшего геля для волос, и на секунду Рори стал похож на предводителя Третьего рейха.

– Да что здесь пояснять! – прокричал Пабло. – Глянь на динамику его движения!

Ахмед совершил какие-то колдовские пассы над бортовым компьютером, и через секунду там появился график перемещения красной точки из Нарима в Москву и по территории столицы.

– И что? – спокойно спросил Ахмед.

– Что-что! – передразнил Пабло. – Он из Нарима двигался без остановок вообще, а в Москве – аж пять раз тормозил. Зачем?

– Пописать? – предположил Рори.

– Думаешь, так боится? – улыбаясь, подыграл ему красавчик. – Тебя? Или Викторию Викторовну?

Рори замер на секунду, как будто где-то внутри его нейронной сети возникло короткое замыкание, полностью остановившее функционирование организма, а затем вернулся к жизни со словами:

– Виктория Викторовна сегодня завершила дела в Санкт-Петербурге и в ближайшее время вернется в Нарим. И что ее ждет? Холод пустых апартаментов? Разочарование? Тоска? Думаешь, она будет очень довольна, Пабло, мой мачоподобный друг? Ясность есть?

Ахмед тем временем вывел на экран адреса всех пяти остановок их подопечного.

– Интересно, – пробасил он, пробежав взглядом по строчкам.

– Мне тоже, тоже интересно, – продолжал Рори, обращаясь к Павлу, – что Виктория Викторовна с тобой сделает, когда узнает, как твой толстый друг нас всех предал. Сдается мне, реструктуризация покажется тебе самым милосердным жестом с ее стороны.