Это только ступени

Он уже было хотел вызвать на поединок оскорбившего его, но вовремя одумался. «Иным докажу» – решил он, и в тот же день подал рапорт о переводе.

Никто не возражал. В боевых частях катастрофически не хватало людей, зато в тылу стало в избытке малодушных. «Ну хочет парень отличиться – вперёд! Может, и вправду чудо с ним приключилось.»

И вот Петя, с винтовкой на плече, парой гранат в подсумке, шагает в передовом отряде. Марков – вот он рядом. Сергей Леонидович. Генерального штаба генерал-лейтенант. Ему бы армиями командовать, фронтами.

Цепью рассыпались перед полотном. На переезде – никого, лишь будка сторожа. Захватили сторожку, заняли позиции, выслали разведку к станице. К переезду подошли подводы обоза, лазаретные фургоны, у сторожки совещаются генерал Деникин и члены его штаба. Всё вроде тихо, но вот со стороны станции обозначилась неясная Тень. Она неумолимо надвигалась, постукивая, позвякивая, испуская пары.

Петя завороженно стоял и смотрел на приближающееся стальное чудовище. Что делать, стрелять, залечь? Сейчас же бронепоезд доедет до переезда и начнёт разгром колонны!

Рядом он увидел командира. Сергей Леонидович весь подобрался, словно пантера, готовая к прыжку. «Голубчик, ну-ка, дай мне гранату!» – сказал он Пете. Петя быстрым движением расстегнул подсумок, вынул гранату, отдал командиру. Тот тут же помчался прямо навстречу поезду, размахивая рукой с зажатой в ней папахой.

– Сто-о-ой! Сукин сын, куда прёшь! Стой! Не видишь, свои!

И ещё пару крепких солдатских выражений. Паровоз, выпустив клубы пара, стал останавливаться.

Петя видел, как Марков поравнялся с будкой машиниста, и туда полетела его, Петина, граната. Рвануло. Тотчас по почти обездвиженному паровозу ударили в упор трёхдюймовки[32 - Трёхдюймовка – полевое орудие, калибром 3 дюйма (76 мм).].

Раздался скрежет и бронепоезд замер. Из его люков и амбразур полыхнуло огнём. Начался бой, яростный и страшный.

Петя старался делать то же, что и другие бойцы. Пригибаясь к полотну, подбежал к амбразуре, кинул туда оставшуюся гранату, стрелял из винтовки. Пожалел, что оставил в обозе свой «ростовский» револьвер. Им бы было сподручнее. Вскоре сопротивление завершилось. Поезд был взят штурмом и переправа спасена.

Дальнейшие картины боя для Пети смазались. Всё время он находился в движении, всё время рядом раздавались зычные приказы командира.