Пламя

Когда изображение исчезло, по аудитории покатилась волна тревожного шепота. Какая-то девушка не смогла сдержать испуганного возгласа…

– Попрошу тишины! – на удивление громко заявил маленький седовласый старикашка, преподаватель биологической химии. – Продолжим лекцию.

Ари прикрыл глаза и представил себе флот союзников Артура. В памяти ожили кадры из научно-популярного фильма. Перед глазами поплыли ряды кораблей-биороботов древних цивилизаций, превосходящие по скорости и боевой мощи современный флот не менее чем в сотню раз.

Для своих смертельных ударов они использовали потоки чистой энергии.

«Не повезло этим горе-драконам, посмевшим вторгнуться во время, где миром правит Артур», – усмехнулся про себя Ари. А потом к нему пришло давно забытое чувство, постоянно мучившее его на далекой родной Земле. «Я могу быть лучше, – закрутилось в голове. – Могу добиться большего. Больше узнать. Больше сделать».

Ари вспомнил свои ощущения до того дня, который послужил переломным моментом, пожалуй, для всего человечества на Земле.

В тот день тоже было экстренное обращение, только не Артура, а всего лишь президента США. Он вспомнил, как замерло сердце от слов: «С нами на контакт вышли инопланетяне».

Перед глазами теперь поплыли совсем другие воспоминания. Он ощутил прилив гордости, прокручивая в памяти конфуз, когда первый неземной корабль, вопреки всем договоренностям, сел не в аэропорту Лос-Анджелеса в США, а в нашем Шереметьево. Внимание всего человечества, неотрывно следящего на своих экранах за главной новостью, теперь было приковано к происходящим в России событиям.

Сейчас совершенно очевидно, что сделано это было в целях безопасности, на случай если земляне поведут себя неадекватно и попробуют устроить диверсию.

А как же был прекрасен тот космический корабль! Обтекаемый корпус в форме капли, приплюснутой снизу, поблескивал серебром. В этой идеальной поверхности отражались белые облака, причудливо искаженные ее кривизной. Гигант возвышался над самолетами и зданием терминала D, поражая воображение.

«Какой красивый в Москве аэропорт, – с гордостью подумал тогда Ари, рассматривая изогнутые конструкции из стекла и бетона международного терминала. – Наверное, ничуть не хуже американского». В то недалекое время он еще ни разу не летал даже на обычном самолете, не видел аэропортов, призванных производить первое впечатление на гостей из других стран и внушать гордость вернувшимся на родину соотечественникам.