Победа по очкам

 – Павел Николаевич, а почему бы нам не пообедать вместе? Здесь неплохая столовка. Покажу, познакомлю. А?

– Вроде рановато. – Пафнутьев посмотрел на часы.

– А я зайду за вами, когда будет в самый раз… Часа через три, а?

– Можно, – согласился Пафнутьев. – Вы сказали, что в этом деле исчез не только мой предшественник?

– Да, там есть несколько странных моментов. Но что делать, Павел Николаевич… У каждого преступника свой почерк, свои методы решения проблем… Каждый проявляет творческую жилку по-своему. Разве нет?

– Вы имеете в виду Лубовского? – Пафнутьев не любил недоговоренностей.

– Ну зачем же так, Павел Николаевич! – рассмеялся Шумаков. – Я говорил вообще. А что касается Лубовского… Он талантливый человек, и у него действительно есть свой почерк.

– Талантливый вор?

– Можно и так сказать, почему нет? Уж если эти тома написаны, значит, за ними что-то стоит.

– По-настоящему талантливых воров мы не знаем. Их никто не знает. Все эти кровавые знаменитости, о которых захлебывается наша пресса… Это бесталанные преступники, засветившиеся, обнаружившие себя.

Хороший вор должен быть не только непойманным, но и неузнанным.

– Смотря сколько украсть, Павел Николаевич! – опять рассмеялся Шумаков. – Некоторые берут столько, что быть неузнанным уже невозможно. Если их деньги сопоставимы с государственным бюджетом… Им уже не спрятаться.

– А что, – озадаченно проговорил Пафнутьев. – С этим трудно не согласиться.

Столовая действительно оказалась неплохой – тоже маленькой, на четыре-пять столиков, с белыми скатерками, прозрачными шторками и небольшим баром, конечно, безалкогольным.

На первое дали суп с фрикадельками, на второе неплохую котлету с пюре, на третье, естественно, компот.

Шумаков был молчалив, весь погружен в потребление пищи, на Пафнутьева поглядывал изредка, но остро, как бы примериваясь, приглядываясь, пристреливаясь.

– Как обед? – спросил он.

– Прекрасно! – искренне ответил Пафнутьев.

– Бывает и лучше.

– Лучше этого?!

– Бывает харчо, отбивная, нечасто, но бывает пиво, правда, в маленьких бутылках.

Так что советую заходить почаще… Хотя вряд ли тебе, Павел Николаевич, это удастся. – Шумаков нашел приемлемую форму обращения – хотя и на «ты», но по имени-отчеству. Это было вполне приемлемо для застолья.

– Почему? – спросил Пафнутьев.

– Та гора томов, которую я видел в твоем кабинете, предполагает командировки.

– Много придется ездить?

– Сколько захочешь. От Москвы до самых до окраин.