В позе трупа

С такой раной машину вести невозможно. Да и в спине она, с левой стороны... А водители, насколько мне известно, сидят, упершись в спинку сиденья. Сквозь спинку нанести такой удар невозможно.

– Вывод? – Пафнутьев все еще подозрительно принюхивался к чашке.

– Его добивали после аварии. Когда машина горела синим пламенем, а он лежал на обочине.

– Что же ты молчал до сих пор? – укоризненно спросил Пафнутьев.

– А что я мог тебе сказать? В ГАИ все известно, протоколы составлены, акты подписаны... А от моего клиента ты все равно ничего бы не смог добиться.

– Это почему же?

– Я еще не все сказал, Паша. Я еще не сказал главного...

– Мне страшно, – без улыбки произнес Пафнутьев.

– Этот парень ни фига не помнит. Он не помнит, как его зовут, кто он и откуда. Он не помнит, что с ним произошло и кем он был раньше. Это какое-то новое существо. Без прошлого. Зомби. Ты знаешь, что такое зомби?

– Встречать не приходилось, но слышать слышал. Ожившие мертвецы с какой-то заданной программой.

– Вот-вот. В самую точку. Ожившие мертвецы с заданной программой. Единственное, что он помнит, – человеческие слова. Слава богу, хоть русские слова. Бог не лишил его совсем уж всего. И еще... Он проявляет все возрастающий интерес к моей Вале – вот которая была здесь недавно.

– Мужской интерес?

– Да не совсем... Хотя и до этого дойдет рано или поздно... Для такого интереса все, что требуется, у него сохранилось в прекрасном состоянии. Валя ему кого-то напоминает.

– И при нем никаких документов, водительских прав, блокнотов, записок?

– Ни фига. Кроме вот этого. – Овсов вынул из ящика стола небольшую, в половину почтовой открытки фотографию. – Посмотри.

Пафнутьев взял снимок. Это был портрет молодой женщины. Едва уловимая улыбка, взгляд исподлобья, который можно было бы назвать и выжидательным, и настороженным, короткая прическа, светлая блузка, пиджак. Ее наряд не выглядел праздничным, но это была хорошая одежда.

– Красивая женщина, – сказал Пафнутьев. – Мне нравится. – Он перевернул снимок – оборотная сторона была чиста. Ни даты, ни имени, ни росчерка. – Твой Зомби видел эту фотографию?

– Конечно. Он ее не помнит.

– Послушай... Если он был, как ты говоришь, в неважном состоянии, если машина сгорела, а у него в спине дыра от ножа... Как же сохранился этот снимок?

– Он был в целлофановом конвертике. Знаешь, выпускают такие для удостоверений.