Смерть президента

Все произойдет не в ресторане, а здесь... На нашем этаже.

– Но... – Стыць был растерян.

– Здесь, – повторил Цернциц. – Ресторан... Это пошло. Пьянка, напьются, расползутся, обблюются...

– Но цвет города...

– Об этом самом цвете я и говорю. Постарайся, чтобы все хотя бы оставались на ногах. Столы накрыть в большом фойе... Стульев не надо. Пусть ходят, пьют, едят, общаются... Смотри только, чтобы ничего ценного не сперли.

– Цвет города?

– Да! – первый раз повысил голос Цернциц. – Я говорю именно о них, об этих голодранцах вонючих! Заведи их сюда, во всяком случае, не препятствуй, пусть полюбуются сверху на свой задрипанный город.

..

– Да они обалдеют!

– В этом и цель. Никто из них не был на такой высоте... Ладно, обмоем мою обновку... Купил универмаг... Не представляю, на фига он мне... Но купил.

– Сколько гостей ожидается?

– Где-то около тысячи... Как всегда, ханыги просочатся, любители выпить и пожрать...

– Ни единого! – заверил Стыць с непонятной яростью.

– Хорошо бы, – усмехнулся Цернциц.

 – Сможем мы принять тысячу человек?

– Примем.

– И проводим?

– И выпроводим. – Маленькая поправка, которую сделал Стыць, видимо, понравилась Цернцицу. Две лишние буквочки поставили гостей на подобающее им место. – С почетом и уважением.

– Подойди сюда, – Цернциц поманил Стыця пальцем, и тот, замешкавшись, бросился к столу, не зная, с какой стороны подойти к банкиру. – Смотри... Вот пригласительный билет.

– У моих ребят уже есть образец.

– Помолчи, я не спрашиваю, что есть у твоих ребят и чего у них нет!

– Виноват!

– Вот пригласительный билет.

Есть сведения, что в типографии их отпечатали чуть ли не вдвое больше, чем заказано. Значит, будут рваться лишние. А их быть не должно.

– Понял!

– Смотри сюда... Видишь, в этом углу вдавленная полоска, канавка? Я ногтем провел... Видишь?

– Очень хорошо вижу.

– Так вот, пропускать только тех, у кого на пригласительном билете будет прочерк ногтем. Усек?

– Все как есть.

– Пусть хоть в бриллиантах приходят, но если полоски нет – от ворот поворот.

Всем, кого желаю видеть, я сам разослал приглашения. Городские власти, банкиры, директора... Ну и, конечно, теневой бизнес.

– Мафия? – улыбнулся Стыць.

– Нет, – жестко сказал Цернциц. – Теневой бизнес. С мафией я не вожусь. И забудь это слово.

– И это... Девушки?

– Пусть приходят победительницы всех наших конкурсов. Не участницы, – Цернциц поднял указательный палец, – а именно победительницы.