Каждый день самоубийство

В нескольких метрах раскачивались верхушки высоких деревьев, внизу на асфальте все еще лежали кирпичи, припорошенные мокрым снегом. Выбросилась Селиванова рано утром, почти ночью, в темноте. Надо же, нашлась у девчонки бутылка виски… А не будь ее, кто знает, и сейчас была бы жива. Выпила примерно стакан. Количество вполне достаточное, чтобы любая неприятность превратилась в трагедию. Говорят, правда, что пьяному море по колено… Не знаю, подумал Демин, не знаю… Большинство преступлений совершается в пьяном состоянии, не потому, что кое-кому становится безразличной собственная судьба… Скорее наоборот – обостряется чувствительность, преувеличенно воспринимается любое брошенное слово, безобидное замечание кажется смертельным оскорблением, вполне терпимое положение воспринимается как безвыходное.

Ну что ж, доложим начальству все как есть, думал Демин, перелистывая маленькую записную книжечку Селивановой. Книжечка была необычная, узкая, длинная, в алом сафьяновом переплете, с прекрасной бумагой. Такую не купишь в канцелярском магазине, скорее всего тоже из «Березки».

И еще одно заметил Демин – книжка была совсем новая, и два десятка телефонов, занесенные в нее, очевидно, переписывались из старого блокнота.

* * *

Дверь в комнату резко, без стука открылась – на пороге стояла бледная Сутарихина.

– Там звонят, – проговорила она шепотом. – По телефону… Наташу просят… Я сказала, чтоб подождали…

– Валера! – Демин повернулся к одному из оперативников. – Быстро в соседнюю квартиру.

Позвони оттуда – пусть засекут телефон. Пусть…

– Знаю! – крикнул оперативник уже из дверей.

– Вера Александровна, – негромко сказал Демин, – возьмите трубку и скажите, чтоб подождали.

– Господи, как же это? – Глаза старой женщины наполнились слезами. – А ну как не смогу?

– Сможете! – жестко сказал Демин. – Идите!

Своей резкостью он хотел возмутить женщину и тем придать ей силы. Сутарихина испуганно взглянула на него и вышла в коридор. Видя, что она не решается взять трубку, Демин сам взял ее и прислушался.

«Соседка пошла звать…» – услышал он низкий женский голос. «Придет, никуда не денется», – произнес тот же голос через несколько секунд. После этого раздался смех, какой-то угрюмый, торжествующий смех человека, который добился своего, сумел доказать свою силу. «Ничего, побесится, перестанет… Через это надо пройти. Ну что там?!» – Последние слова прозвучали четче, ближе других. Видно, неизвестная собеседница выкрикнула их прямо в трубку.