Корень троллей

Все вздохнули и спокойно поехали прямой дорогой домой.

Спустя пол часа, вся компания была уже на окраине города. В небольшой мастерской, служившей им временной базой. Хозяин был не против, так как сам иногда копал с ними и был хорошим другом Бороды.

Борода сел на старенький стул, который затрещал под его массой. К слову сказать, Борода не был толстым. Он имел вид коренастого, накаченного, лысого и с большой бородой мужика с руками покрытыми татуировками. Борода в свои пятьдесят выглядел внушающее и заставлял некоторых, своим видом, слушать, что он говорит.

Борода разложил газету и приказал принести то, что нашли. Улов в этот день был не густой: уже пришедшее в полную негодность оружие бросили на месте, на стол попали пара штык ножей, железный крест и каска в неплохом состоянии. Егор, помедлив, выложил золотой. Алик улыбнулся. Он не ожидал, что Егор захочет отдать монету. Но, даже если бы он не отдал, Алик не такой человек, кто рассказал бы о заначке Бороде.

– Неплохой улов. Потёртый и грязный на медяк больше похож, но, немного почистив, в магазине выставлю. Крест – другое дело, немного реставрации потребуется, но тоже неплохо. Думаю, дядя Лёша возьмёт на продажу. Пока не продал, даю вам пять сотен долларами за месяц. Остальное не продано, как продам получите ещё.

Егор улыбнулся. Да и Алика устраивал такой расклад.

– Так, теперь что у вас?

Клещ положил на стол кусок серебристого метала.

Борода посмотрел на этот кусок. Но, прежде чем он что-то успел сказать, Таня пояснила, что церковь сгорела в революцию, и на пепелище никто ничего не строил, а просто разрушили до основания стены и присыпали землёй. В одну из стен кто-то, ещё при строительстве, замуровал небольшой горшок серебра. Серебро расплавилось. И вот, это получилось.

– И что мне с этим делать?

– Продайте ювелиру. Или пусть для нас что-нибудь сделает.

– Ладно посмотрим.

В разговор вклинился Клещ:

– Пусть ювелир бюст Бороды отольёт. В офисе поставим. Все заулыбались, еле сдерживая смех.

Борода встал из-за стола и строго посмотрел на всех. И, увидев, что все стоят серьёзные и все перестали хихикать, широко улыбнулся и приказал всем отдыхать. И сказал, что неделю ничего точно не намечается. И добавил, что подумает над идеей Клеща, но тогда тот заплатит за бюст, который отольют.