Тайна илистой реки. Фантастический детектив

В центре села, возле заброшенного клуба, дежурили две кареты «скорой помощи», а чуть поодаль – под двумя старыми вербами – стояли три легковые машины и микроавтобус с голубыми, полицейскими, номерами и выключенным проблесковым маячком. Рядом – никого. Похоже, что именно этим транспортом в Чабановку прибили специалисты и местное начальство, которые сейчас или обходят подворья, или изучают обстановку на околицах. Медики «неотложек» тоже куда-то запропастились, только водители – оба пенсионного возраста – сидели на своих местах и почитывали газетки.

Остановив свой автомобиль возле клуба, Вадим вышел из салона в надежде найти кого-нибудь из местных жителей, чтобы поговорить. Но улица была совершенно безлюдна. С минуту он безрезультатно слонялся туда-сюда, и уже решил зайти в ближайший двор, чтобы позвать хозяев, как вдруг метрах в ста от себя увидел неприметное здание с поблекшей вывеской над приоткрытой дверью. Это был магазин, и собкор поспешил туда.

Возле прилавка на табурете, зевая во весь рот, восседала дородная молодка с копной жестких красных волос, похожих на медную проволоку.

– День добрый! – степенно поздоровался собкор. – Можно вас оторвать от столь увлекательного занятия?

Продавщица окинула взглядом его не богатырскую, однако ладную фигурку и лучезарно улыбнулась.

– Да я этот сериал уже видела, – ее сладенький голосок приятно щекотал уши.

– Мне нужно с вами поговорить, – Бобров тоже улыбнулся и представился: – Я – корреспондент «Новой газеты».

– О, так вы возьмете у меня интервью? – отчего-то обрадовалась она. – Мне никогда не доводилось беседовать с журналистами…

– Наверно, вы догадываетесь, о чем я буду вас спрашивать? – он подошел ближе, остановился у стеклянного шкафа-холодильника для напитков и оперся о него плечом.

Женщина энергично качнула головой:

– Конечно! Об этой проклятой болезни, что косит чабановцев.

– Тогда скажите, что, по-вашему, стало ее причиной?

Прежде чем ответить, она вскочила, побежала к телевизору, щелкнула выключателем и вернулась за прилавок. Но садиться уже не стала.

– Пока не трогали русло Молочной, никто здесь панкреатитом не болел, – ее большие серые глаза покрывала дымка задумчивости.