Лицо порока. Роман-истерика

Сославшись на какие-то дела, я ускользнул из редакции. Захотелось наведаться в «Оксамит» и посидеть там с полчасика.

В баре людей было мало, еще не настало время коротать вечер за рюмкой. Володя с сигаретой в зубах сосредоточенно протирал стаканы. Я поздоровался и показал ему три пальца. Он знает, что это значит сто пятьдесят граммов.

– Та дамочка, о которой ты просил справиться, после того ни разу не появлялась. – Володя поставил на стойку стакан с моей порцией водки. – Не заходила…

На его крупных губах блуждала дежурная полуулыбка, а в глазах таилась тревога.

– У тебя все в порядке?

– Как тебе сказать, в общем… – он запнулся. – От жены ушел…

– Почему? Что-то серьезное?

Володя поморщился. Было видно, что ему нелегко говорить.

– Гуляет! – коротко бросил он. И из той же бутылки, из которой только что наливал мне, плеснул в другой стакан. – Пожалуй, выпью…

– Это тебе сейчас не помешает.

Бармен выпил, шумно задышал. Я обратил внимание на его руку, сжимающую стакан.

– Не думай, я не расклеюсь, – переведя дух и закурив, заверил Володя.

Он облокотился об стойку, какое-то время отрешенно смотрел в зал. Затем откинулся, неловко поворотился и зацепил рукой початую бутылку «Кагора». Она шлепнулась на пол.

– Вот черт! – выругался бармен. – Ну, хрен с ней… Тебе еще налить?

Только теперь я понял, что он изрядно пьян. Но я прекрасно знал, что этот крупный и вежливый мужчина будет держаться до упора и отработает, как положено.

Я уходил из бара, пожав на прощанье Володину волосатую руку. У двери оглянулся. Он стоял, задумчиво пыхтя сигаретой. Опущенные шторы его глаз подергивались, а на широком лице ярилась привычная полуулыбка. Он называет ее оскалом сервиса…

Так, а теперь куда? День без приключений, что чай без сахара.

Рвануть, что ли, к Оленьке? Ее благоверный сейчас, кажись, на работе парится.

Я запрыгнул в троллейбус и проехал две остановки. Ольга живет у музыкально-драматического театра.

Ее шестилетний пацаненок гулял на улице со сверстниками. А мы лежали на широкой кровати в хорошо обставленной двухкомнатной квартире.

– Скажи, что ты хочешь, и я все сделаю! – страстно шептала мне Ольга.