Ловелас и два ангела. Мистический триллер

Мебели – минимум, зато полы – и в гостиной, и в спальне – были устланы толстыми красочными коврами, явно не из дешевых.

– Эти ковры тебе от хозяев достались? – поинтересовался я, шествуя за девушкой на кухню.

– Здесь все от них. Кроме моих личных вещей – одежды, косметики и мольберта, – девушка указала мне на мягкий уголок, а сама достала из шкафчика большую непочатую пачку молотого кофе и изящную кофеварку. Затем повернулась и взглянула на меня вопросительно: – Надеюсь, ты не станешь настаивать, чтобы я приготовила крепкий напиток?

– Да какой получится! – равнодушно бросил я, рассматривая затейливый узор на светло-зеленом кафеле, покрывавшем стены от пола до потолка.

Поставив кофеварку на огонь, Вива подошла ко мне.

– Прежде, чем пить кофе, тебе надо принять лекарство, – заявила она. И, мягко улыбнувшись, прибавила: – Вкусное!

– Какое лекарство? Со мной все в порядке! – поморщился я. Но потом, уронив голову и картинно выкинув руки вперед, страдальческим голосом изрек: – Ах, да, я же смертельно болен, я же погибаю от тяжкого недуга! О, сказочная фея, ты не дашь мне умереть?

– Нет! – отрицательно покачала головой Вива.

– Так дай же мне, о дивный цветок, свою панацею! Исцели меня! – продолжал я дурачиться.

Девушка достала из холодильника маленькую стеклянную баночку с каким-то золотисто-коричневым месивом. И объяснила:

– Это мед с толчеными фисташками, гранатовым соком и небольшим количеством отвара сухих ландышей.

– Ну, ты прямо докторша! – засмеялся я и, взяв Виву за руку, притянул к себе.

Она не стала упираться, подошла. Ее близость заставила мое сердце забиться быстрее.

– Тебе очень идет эта блузка, – произнес я немного взволнованно. – Ты красивая, как богиня!

– Что, только в этой блузке? – игриво повела плечиком девушка.

– Да причем тут блузка? – пылко возразил я и взглянул ей в глаза снизу вверх. Мне показалось, что в них искрится радость. Или это была лишь иллюзия?

Не знаю отчего, но близость Вивы очень благотворно сказывалась на моем душевном состоянии. Мне хотелось шутить, петь и танцевать. А еще я жаждал обнять эту милашку, крепко прижать к груди и долго-долго не выпускать из своих объятий. Я давно не испытывал таких чувств, такого необыкновенного прилива нежности.