Могила повелителя

Их так никто не восстановил, и солнечный свет пробивается сквозь окна обращенной к западу стены, даже издали видно, что противоположная часть строения обрушена.

Другой холм – пониже, с пологими склонами, зато более широкий – густо застроен. На плоской вершине теснятся высокие сооружения: здание Совета коммуны, храмы Света с выбеленными стенами, отели сеньоров и городских патрициев. Улочки узкие, место на вершине стоит дорого, ограды и глухие стены нижних этажей складываются в причудливый лабиринт. Это даже не улицы, а тщательно отмеренные границы между владениями важных персон.

Башни и шпили тянутся к небу, будто стараются увеличить высоту холма, сравняться с развалинами, нависающими над новым центром, но не могут, не в силах. Королевский дворец, пусть и лежащий в руинах, по-прежнему возвышается над вторым холмом. На склонах выстроили дома богатые купцы. Чем ближе к вершине, тем престижней. Здания щеголяют свежей краской, а также широкими лестницами, резными колоннами, статуями на фронтоне – словом, всем тем, что прежде, во времена монархии, было запрещено простолюдинам.

Освободившись от власти Повелителя, купцы кинулись возводить новые дома, украшать их и соревноваться в роскоши фасадов.

В ложбине между холмов – рыночные площади, а вокруг – мастерские, ремесленные кварталы, кладбища и пустыри. До прихода Повелителя город рос, жителям становилось тесно внутри стен. После падения королевского дома население Айхерна только уменьшается. Поэтому, хотя город на протяжении десятилетий не знает войн, никто не строится за пределами оборонительного пояса.

Нет нужды, ибо внутри стен достаточно места. До сих пор видны следы прежних бедствий – целые кварталы разрушенных домов, заброшенные мастерские, поросшие бурьяном, заваленные обломками и мусором.

Однако Ройнгарда не интересовала история города и особенности архитектуры. Он глядел на укрепления, осматривал подступы к стенам, оценивал высоту и расположение башен.

Тучи снова сошлись на востоке, сомкнулись, словно ворота крепости, – и красное свечение погасло, Айхерн и окрестности разом погрузились в сумерки.

Железная Рука огляделся – оруженосцы и военачальники ожидали его слов.

– Станем лагерем здесь, – велел Капитан, – к городу подступим завтра.

– Мы можем расставить заставы и выслать разъезды, чтобы не выпускать из города гонцов, – осторожно заметил молодой кавалерийский сотник.

Ройнгард снисходительно улыбнулся:

– Нет, это ни к чему.