Львы и драконы

Должно быть, собирались скрыться вместе с Ирсом в Сантлаке.

– Хорошо, – Алекиан откинулся на стуле и прикрыл глаза ладонью, – семью Каногора привезти сюда, в Ванетинию, и казнить.

После этих слов будто ветерок пронесся по залу, дрожащее пламя факелов на стенах стало темней и тусклей…

– Но дети?..

– Сэр Войс, это необходимо, – тихо, но отчетливо произнес император. – Ирса также казнить, равно как и всю их свору, всех, кто был в дружбе с заговорщиками. Земли Эстаков конфисковать, все, что можно – распродать.

Кстати, сэр Войс… неплохо бы создать такую комиссию, куда честные подданные смогут подать доносы на мятежников, все сведения будем собирать и виновных – безжалостно казнить. Я хочу, чтобы моих вассалов пугала сама мысль о мятеже!

Все замерли, только Гиптис Изумруд удовлетворенно кивнул – ему пришлась по душе идея жесткого отмщения. Семья Изумрудов понесла чересчур большие потери во время мятежа, от клана осталась жалкая горстка…

В дверях возник гвардейский солдат.

– Прошу прощения… Ваше императорское величество, найдены тела… покойного императора и архиепископа… в подвале…

– Идемте туда! – Алекиан порывисто вскочил, пламя свечей заколебалось от ветра поднятого полами алого плаща императора. Гигантская тень монарха вырисовалась на дальней стене, угловатая, темная, зловещая. Голова тени сливалась с мраком, сгустившимся под высокими сводами тронного зала – будто тень поддерживает плечами тьму…

* * *

Когда покончили с приветствиями и привычными шутками, Кендаг завил:

– Ингви, я хочу кое-что сказать… Только ты не шути.

Так вот, эти люди, которых мне велено стеречь… Забрал бы ты их сюда, а?

– Это о ком речь? – Ингви сперва растерялся. Потом припомнил. – А, парочка из Ничейных Полей и ученик Гериана… Ученика я, разумеется, возьму, пусть живет при дворе. Мне колдуны нужны, а вот те двое…

– Что, боишься пленников? – ухмыльнулся неугомонный Филлиноэртли.

– Не боюсь, – спокойно ответил лорд. – Хочешь, ты их забирай.

Ингви, поручи ему стеречь бродяг. Я их привез с собой, пусть хорек их забирает.

– Не хочу, они скучные… Да, а ты – жаба.

– Их надо прикончить, – спокойным тоном завила Ннаонна. – Они дедушку убили.

– Только старший, – заметил Ингви, – младший-то был со мной, там… Ну, там… На нем будто бы Гилфингова печать, он не простой человек.

– Гилфинг теперь злой, – девушка твердо стояла на своем. – И младший, если ему служит – тоже злой.