Мир Гексов. Второе приключение Скифа

Я скосил глаза немного в сторону, и наконец-то увидел того оратора, голос которого меня и разбудил. И это был самый обычный человек, только почему-то одетый в древнегреческий хитон коричневого цвета. И этот человек был самым, что ни на есть средним.

Среднего роста, среднего телосложения, и даже лицо у него было то же какое-то среднее, вроде и не урод, а вроде и не красавец. Так сказать самое типическое лицо, или даже типическое-типическое. А из интересного было то, что этот человек был абсолютно лыс, хоть, на первый взгляд по возрасту, он был вполне себе молод.

А ещё, на его лысом черепе, чёрной краской, была отчётливо вытатуирована древнеримская цифра пять.

Я слегка выдвинулся из зарослей красного растения и увидел, что лысый человек в коричневом хитоне здесь был не один. Так как рядом с ним, сейчас суетилось, ещё с десяток таких же лысых людей, только одетых уже в серые хитоны, и на своих черепах имевшие римские цифры один или два.

Ну, это, как раз было понятно. Стало быть, двоишники работают, а отличники их контролируют, логично – однако.

А ещё возле ящиков, доверху наполненных крупными соцветиями красных цветов, которые сейчас осторожно перетаскивали лысые двоишники,

стояло двое стражников.

Одетых уже в хитон красного цвета, державших в руках короткие толстые копья, и имевших на своих головах большие шлемы, с высоким плюмажем из жесткого конского волоса, полностью закрывавшие их лица, и которые в истории Земли, назывались коринфскими.

Я ещё раз, внимательно взглянул на трудящихся, словно муравьи лысых людей, и не придумав ничего лучшего, просто вышел из красных кустов на открытое место, и спокойно себе пошёл по единственной здесь прямой и широкой дороге, прямо по направлению к высокой башне на горизонте.

Я шёл свободной раскованной походкой, словно имею право здесь находиться, а сам искоса поглядывал в сторону, гадая, какой же будет на мой демарш, реакция работающих неподалёку людей.

А никакой. Я прошёл уже более сотни шагов, а трудящиеся неподалёку лысые люди даже, и не пошевелились в мою сторону.

Они всё так же, скрупулёзно, продолжали переставлять свои полные ящики, как будто на свете для них, не было ничего важнее этого.

И даже оба стражника в больших красивых шлемах, даже и не посмотрели в мою сторону, как бы этим говоря, мне и всем окружающим, мол, нас поставили здесь сторожить груз, вот мы и сторожим, а кто там ходит, что делает, это нас не касается.