Кромешник, или Ведьмак XXI века

И та, видимо поняв, что гнуть меня, как Феоклиста, у неё не получится, тут же сменила свою тактику. Она потупила взор, выпрямила спинку, сложила руки у себя на животе, и словно примерная школьница-отличница, быстро затараторила хорошо заученный урок.

– Издревле воины, свое оружие поили своей же кровью, таким образом, устанавливая личные отношения между собой и им. Ибо кровь, всегда защищает кровь, и такое оружие уже не подведёт. Оно не вывернется из руки в момент удара, и не заскользит от крови врага, и даже само вернется в руку, если враг его выбьет.

– Чего, чего? – я с удивлением уставился на маленькую женщину с кошачьими ушками на макушке.

– Так это что, как в фильме про Тора, что ли, вытянул руку, и молот, в смысле меч, сам прилетит в неё?

Жозефина же, на мой вопросительный взгляд и тон, ничего не ответила. Мол, сказала, что знала, хозяин, а ты понимай, как знаешь. Я опасливо поглядел на острые железки в своей сумке, а потом осторожно достал нож, и сразу же, пока не передумал, провел его лезвием по своей ладони.

– А теперь меч – тут же пискнула из под моей руки Жозефина, заворожено наблюдая, как моя кровь, словно в губку, впитывается в серую стальную полосу.

– Да, щедреё напитывай оружие, хозяин, щедрее – потом не пожалеешь.

Я вынул булатный меч из ножен, и кровоточащим разрезом на ладони, провел от его рукояти и до острия, да с обеих сторон лезвия, как и говорила моя слуга, щедро напитывая оружие кровью.

Холодное лезвие меча с благодарностью впитало в себя мою кровь, не позволив даже капли её скатиться на сторону, а затем, слегка блеснув, несильно задрожало в моей руке, словно бы я сейчас держал в ней, не полосу мертвого металла, а самое настоящее живое существо, еле слышно урчащее в ней.

– Я нарекаю тебя Жалом – изрёк я фразу, сам не знаю почему, то ли, не желая портить торжественность момента, а то ли просто, в своё время, сильно перечитав Хоббита.

Мой меч ожидаемо, ничего мне не ответил, но интуитивно, по блеску его стали, мне показалось, что ему новое имя понравилось.

А вот Жозефина, от такой моей экспрессии, аж восхищенно захлопала в ладошки, и даже слегка попрыгала на одной ножке, словно очень юная школьница, впервые получившая пятерку.

А затем выдав торжественное – свершилось, быстро приволокла мою магическую книгу, и ткнув пальцем в нужный заговор, протянула её мне.

«Ой, рука моя, не боли, не сверби ты,

Не мучай меня раба Божьего Белояра.