Плацдарм в захолустье

Перестав быть Жизнеутверждающей, Вита присоединилась к подругам, плавающим в бассейне. Гибкие тела скользили по водной поверхности, словно порождённые этой гладью, и лишь изредка властительницы перебрасывались фразами. Появление Виты внесло оживление.

– Рассказывай, Виточка, – подплыла к ней самая нетерпеливая, Рута: изящная, маленькая – у неё это был первый поход и она не могла сдержать любопытства. – Они были такие же, как исполнители или хрисы? Или лучше?

– Одно у тебя на уме…

Вита поднялась на бережок, опустилась в свою нишу.

– Девочка созрела, – не удержалась старшая среди них, Сута, которая уже имела на Абударе детёныша, воспитывающегося сейчас в питомнике исполнителей.

– Они такие же распадающиеся, – сказала Вита. И добавила о том, что ей запомнилось и стояло перед глазами: – Их главный… У него было такое лицо, словно он совсем не испугался…

Она замолчала, решив, что не стоит расписывать, как выглядели остальные, обезображенные их атакой.

– Поня-я-тно, – протянула Зита, оглаживая широкие бедра: по возвращении домой ей предстояла первая встреча с элитным производителем, и она очень надеялась, что родит девочку, будущую властительницу.

– А других живых ты видела? – спросила Рута и затаила дыхание.

Вита задумалась, можно ли считать живым раджинца, который испускал дух на том корабле на её глазах.

– Их видела Судьбоносная, – сказала она.

И все примолкли. Судьбоносная была недосягаема для расспросов, она была образцом для всех них, и у неё на планете не было никого, потому что она выбрала Путь Одиночества.

Как, впрочем, и Вита.

– Но похоже, нам предстоит интересное дело, – наконец не выдержала Вита и рассказала об изменении маршрута.

– И мы опустимся на планету?! – подпрыгнула Рута. – Хорошо если бы она была как наша деревня, только большая-большая и с большим озером, чтобы можно было долго-долго плыть…

И вдруг обхватила Зиту, потащила к воде. Остальные включились в эту игру, оглашая зал азартными криками, которые докатились и до хрисов, и до мужчин.

Первые отреагировали привычно: опустили антишумовую завесу и продолжали предаваться любимому времяпрепровождению – изучению информации. Вторые смотрели на резвящихся властительниц.

Все абударцы были из питомника исполнителей, их задачей было обеспечение этого веселья и беззаботности, походов, грабежей… Никто из них не знал своих матерей. Они были скопцами, хотя тоже не знали, что значит не быть ими.