Жребий изгоев. Всеслав Чародей – 1

А тут…

Княгиня перевела взгляд на Залужье, туда, где в полях пшеница и рожь клонятся мало не до земли от тяжести зерна, где лежат за лесами сёла с княжьими холопами, деревни и веси смердов и иного чёрного люда.

Богатая земля.

Очень богатая.

Да только что ей-то, дочери угорского короля и жене волынского князя, с того богатства, если рядом сейчас нет её мужа?

Княгиня вздохнула и отошла от окна. Княгиню грызла тоска.

Сзади скрипнула, отворяясь, дверь. Княгиня оборотилась быстро и встревоженно.

Сын.

Старший. Рюрик. Рюрик Ростиславич.

Княгиня невольно вспомнила, как заспорили с мужем из-за имени для старшего сына. У наследника должно быть христианское имя, – доказывала Ланка, – твоя страна теперь христианская, да и моя тоже! Ростислав только смеялся в ответ – тому христианству всего семь десятков лет, два поколения христиан минуло, мы – третье… А вот обычаю давать особые княжьи имена – лет пятьсот, не меньше… И может ли быть большая честь чем дать наследнику, старшему сыну, первенцу, имя славного пращура… А крестильное имя у Рюрика, вестимо, будет, без того никак.

Хотя пращур ли он, Рюрик-то древний? Невесть ещё – кто ведает дела тех давних дней опричь монахов-летописцев, кто чёл те летописи? Но этих слов она мужу своему сказать не посмела, хоть и сама неоднократно слышала от него. Знала уже, что русский человек может неустанно сомневаться в справедливости родовых преданий и скалить над ними зубы, но никогда не простит, если то же самое сделает иноплеменник…

Так и носил старший сын Ланки два имени – крестильное Пётр и родовое Рюрик.

Но после, когда появился в семье ростовского тогда ещё князя Ростислава Владимирича второй сын – Володарь Ланка уже не спорила, достало и того, что второе имя ему тоже дали христианское – Андрей. И только младшего княгиня настояла назвать одним лишь христианским именем. Назвали по деду, Василием, но и то кликали больше по-русски – Василько.

Рюрик остановился на пороге, озадаченно глядя на задумчивую мать.

– Мамо?..

– Иди сюда, – улыбнулась Ланка, протягивая руки, и когда сын подошёл, обняла его за плечи, провела рукой по отрастающим волосам – сын стрижен коротко, как и все русичи. Придёт время – и голову ему побреют наголо, оставив только прядь волос на темени – ещё один языческий обычай. Все мужчины-вои обязаны носить такой вот чупрун, жертвуя волосы богу войны, Перуну.