Жребий изгоев. Всеслав Чародей – 1

 – Давно по мне тризны не справляли, лет семьсот уже как. Первую сотню лет меня ещё помнили, а потом… Благодарю тебя, княже.

Слова его звучали не всегда понятно, но общий смысл речи князь угадывал.

– Как прознал, что я князь? – не нашёл ничего умнее спросить он, словно именно это и было сейчас самым важным. Призрак в ответ только повёл плечом, словно бы говоря – какая разница. И впрямь – какая разница? Той стороне многое открыто.

– Я позвал тебя, чтобы отблагодарить за неожиданное уважение, – призрак сверкнул глазами.

Князь затаил дыхание. Вестимо, слыхал он уже такие басни. Возьми, пожалуй, так и сам навечно под землёй останешься. А чудище в углу, меж тем, вновь зарычало, – можно подумать, ему не понравилась сама мысль о подарке.

– А это… – Ростислав кивнул в его сторону. – Сторож?

– Сторож, – вздохнул призрак. – Меня хоронили всем племенем…

Он вдруг взглянул на князя как-то по-особенному, и могила исчезла. Вокруг вновь была ночная задымленная степь. Ржали кони, кричали убиваемые рабы… выли бабы и собаки, пьяно орали вои.

Наваждение вдруг исчезло, и Ростислав опять оказался внутри могилы. Призрак по-прежнему безотрывно глядел на него, князя била лёгкая дрожь.

– Ведуны поймали какую-то тварь из Чернобоговой челяди, мелкую, но опасную. Заговорили, приковали к гробнице. И похоронили.

– Кто ты был-то? – неожиданно вырвалось у Ростислава, и он прикусил язык.

Призрак не рассердился.

– Был я, человече, князь Бож, сын Володаря. Слышал ли про такого? Многие народы склонились перед копьём моим, ниже и сами готы Винитариевы одолеть моих полков не могли. А вот с изменой не справился. И ты измены стерегись, княже, – в голосе призрака звучала горечь и тоска по давно отгремевшим временам. И гордость за свою славу.

Князь ошалело помотал головой.

Призрак покивал головой, взглянул по-прежнему:

– Надумал ли?

– Да нет… – растерянно сказал Ростислав Владимирич.

– Ладно, – вздохнул призрак. – Всё боишься. Я тебе сам подарок подарю, раз выбрать боишься. Подарок этот со мной прошёл и огонь, и воду, и медные трубы, и каменные стены. Равно как и деревянные. Ты вой, тебе этот дар сгодится. Спи. И просыпайся.

Сон опять навалился. Ноги подкосились. Вот мне и конец, – успел подумать князь. – Так и останусь здесь.