Жребий изгоев. Всеслав Чародей – 1

Вся, опричь невесты Судислава, которую Владимир привёз пасынку, словно в насмешку – и сговор выполнил, и себя обезопасил от могущественных союзников строптивого сына Адели. А после и Славниковичи погибли от рук Пржемысловичей (даром, что родня; даром, что мать Собеслава Славниковича, Стрежеслава Спытигневна, была из Пржемысловчей, племянница самого Вацлава Святого, двоюродная сестра князя Болеслава Благочестивого; даром, что в церкви спрятаться от убийц пытались). А пасынка Владимир вскоре отправил в Залесье, княжить.

Потом, пока шла война Владимиричей, пока Судислав сидел в Белоозере на престоле… князь невольно вспоминал эти времена как лучшие, невзирая даже и на смерть сыновей, которые и внуков ему не оставили. Не успели.

А уже когда он в поруб попал…

Судислав невольно вздохнул.

– А что, Колюта… – свистящим шёпотом спросил бывший князь, а ныне старец Георгий, – не пришла ли пора сани готовить[5 - Готовить сани – готовиться к смерти.]?

– Покинь, княже, – возразил чернец, всё ещё бодрый и крепкий.

Князь раздражённо вскинул глаза, готовясь хлестнуть верного слугу гневными словами – что мол, ещё за слюнявые утешения? – но наткнулся на твёрдый взгляд гридня и осёкся. Гридень не лицемерил, он и впрямь так думал. И говорил, что думает, как и было меж ними, слугой и господином, заведено.

Стало быть, его дела не так уж и плохи?

– Стало, поживём ещё, Колюта? – усмехнулся князь.

– Поживём, княже, – кивнул гридень твёрдо.

Но…

– А зачем, Колюта? – прищурился Судислав, слабой рукой утирая с губ белёсый налёт.

– Что зачем, княже? – не понял гридень.

– Жить-то мне зачем? – Судислав усмехнулся, холодно и жёстко, и в этот миг Колюта снова признал в немощном старце своего господина, волевого и смелого князя. – В келье гнить? А не в келье – так снова в порубе?

Обратно в поруб князь не хотел.

Гридень молча глядел на князя и взгляд его не особенно понравился бы кому-то постороннему.

– Нет, – тихо засмеялся князь, поняв взгляд гридня. – Опять воевать… это тоже уже не для меня. Теперь – не для меня.

– Ты – старший в княжьем племени, – твёрдо возразил Колюта. – Ты – сын Ольга Святославича! Великий стол должен быть твоим!

– Это так, Колюта, – тихо ответил князь. – Только не смогу я. Поздно. Мне поздно.