Каменный престол. Всеслав Чародей – 4

Он – великий князь киевский, он, а не Святослав! И не он к среднему брату должен ехать, а – братья к нему!

– На твоём стану, – чуть удивлённо ответил младший. Не понимает сквозящего в словах старшего недоброжелательства. Или – притворяется? Всё он понимает?!

– Поехали, – раздражённо сказал Изяслав, кивнул Туке – гони, мол, следом. Всадники сорвались с места, вздымая копытами пыль.

– Чего ещё ждать?! – яростно бросил Всеволод Ярославич, чуть приподымаясь даже со складного походного стольца. – Чего?! Пока они нас обойдут и в зажитье пустятся по Руси?!

Изяслав с трудом сдержал усмешку – ишь ты, у молчальника нашего голос прорезался.

О Руси обрадел… о вотчине своей скорее! Половцы уже обошли Переяславль с восхода, и перелезли Трубеж. Альта же – преграда для них не страшная. И первой на пути половцев – его вотчина будет, Всеволожа!

А после – твоя, княже Изяслав! – тут же одёрнул он сам себя, укрощая восставшее вдруг откуда-то изнутри ненужное ехидство. – И Святославля!

И правда – не время язвить – для всех троих гроза пришла.

Новый, почти неведомый прежде враг – половцы.

Впервой половцы на Русь пришли тринадцать лет тому, едва только великий князь Ярослав Владимирич умер. До самой русской межи хан Болуш не дошёл, с князем Всеволодом мира поделил. Не довелось в тот раз степнякам Русь пощипать. Зато вдругорядь когда пришли – тут уж Искал-хан и Всеволода разбил, и землю его изрядно разорил. Это уже восемь лет тому, сразу после того, как Ярославичи с торками покончили.

Покончили, да не совсем.

Торки после разорения от Ярославичей откочевали к ромейской меже. Только там место было уже занято печенегами – давняя вражда меж двумя степными народами вспыхнула с новой силой. Печенеги не пустили торков через Дунай, в племени открылся мор, и бек-ханы на общем совете решили воротиться к Днепру и просить земли и покровительства у Руси – показанная русскими князьями сила говорила сама за себя.

Ярославичи согласились, отведя торкам земли на меже в Поросье и в Посулье – посчитали полезным иметь «своих» степняков, благо опыт уже имелся – с теми же торками Владимир Святославич ходил и на булгар, и на козар, и на печенегов.

Только вот благая затея обернулась войной – не только печенеги, но половцы были лютыми врагами торков. Вот и ходили половецкие ханы к русской меже помстить своим врагам да заодно и русичей пограбить.

Так уж свелось, что из всех троих Ярославичей до сих пор оружие с половцами скрещивал только Всеволод.