Метель для дракона

Еще мгновение, и Теймен вспыхнет. Нужно было срочно взять себя в руки и контролировать собственное пламя.

Инес расслабилась и прислушалась к музыке, льющейся из противоположного конца трапезного зала. Прикрыв глаза, она нежно улыбнулась.

Теймен тяжело вздохнул. Может, наплевать на кружение вокруг да около и утащить ее в логово? Уже потом он разберется с ней, успокоит и так или иначе соблазнит. У Филипа же сработало. Хотя там спорно, кто кого соблазнял. Теймен едва не посмеялся вслух, вспоминая яркую, как искра, пару друга.

Инес была другой. Несмотря на его влечение к ней и то, что она искренне смеялась и была раскрепощена, его не покидало ощущение, что девушка была опасна. Чего только стоил клинок, покоящийся в ножнах на ее поясе. Надо отметить, из очень и очень дорогой и качественной стали. Такой мог бы причинить серьезный вред и дракону, не говоря уже о людях.

– Зачем тебе оружие?

Инес вздрогнула и не сразу распахнула глаза, поворачиваясь к нему. На ее губах появилась улыбка, больше напомнившая оскал.

– Зачем вообще нужно оружие? – пожала плечами она и коснулась ладонью эфеса, скрытого в складках юбки. – Для защиты. Я уже сказала, что дорога до дома долгая, и произойти может все что угодно.

– Ты умеешь им пользоваться? – заинтересованно выгнул бровь Теймен.

– Конечно, – возмущенно прожгла его взглядом Инес. – Я не для красоты его ношу.

– Я воин, – он пожал плечами, не желая выдавать секрет. – Я должен замечать подобные вещи.

– Давно ты знаешь? – сморщила нос она и отвернулась к окну, скрывая выражение глаз за ресницами.

– С первого дня, как заметил тебя в городе, – не удержался и улыбнулся Теймен, – этой весной.

Инес охнула и в шоке уставилась на него. Ее щеки опалил яркий румянец, и она обхватила их ладонями. Затем ее пальцы скользнули вверх и закрыли глаза. Она напряглась, ее сердце лихорадочно заколотилось в груди, и Теймен мог бы поспорить, что она подумывала о побеге.

– Тогда почему тебе потребовалось около года, чтобы подойти ко мне? – невнятно пробубнила девушка в прижатые к лицу ладони.

– Я задаю себе тот же вопрос, – улыбнулся он и, осторожно взяв ее за запястье, отнял ее руку от лица.

Инес буквально пылала от смущения, словно горела в лихорадке. Нежная кожа запястья обжигала огнем, и под его пальцами лихорадочно колотился пульс.