Драконье пламя

У нее появился шанс на удивительную жизнь, о которой еще неделю назад она даже мечтать не смела? О боги, спасибо за потрясающих родителей!

– Ты довольна? – мама сжала ее руку холодными пальцами. Похоже, она нервничала не меньше.

– У меня просто нет слов, – широко улыбнулась Эрика и, не в силах выразить распирающего ее счастья, по очереди крепко обняла родителей, сидящих по обе стороны от нее. – Это самый лучший подарок!

– Только не вздумай провалить вступительный экзамен, – шутливо проворчал отец.

– Постараюсь, – засмеялась Эрика.

Отец погрозил ей пальцем и забрал уже изрядно помятое письмо, еще раз внимательно вчитываясь в ровные строки.

Все еще пытаясь осознать круто поменявшуюся судьбу, Эрика отстраненно следила за ним. Она прочитала короткое послание уже раз пять и, казалось, выучила наизусть, пока осознание вложенного в слова смысла дошло до нее. Знаменитая Салерновская Академия приглашала ее принять участие во вступительных экзаменах, которые пройдут через месяц в день летнего солнцестояния.

Это было просто невероятно, что ее отметили и пригласили! Теперь она сможет стать мэтром. Ее жизнь будет полна невероятных открытий и совершенно не похожа на ту, что ожидала ее до прихода этого письма. Ей придется покинуть дом и семью на целых семь лет.

Эрика в ужасе вскинула брови, чувствуя, как горечь разочарования скручивает внутренности и пальцы снова холодеют.

– Папа, я не могу, – прошептала она, и отец недоуменно повернулся к ней. – Я ведь старшая дочь. Я должна подавать пример остальным. Я должна буду выйти замуж и укрепить положение нашей семьи.

– Не переживай, – нежно улыбнулся он и сжал ее плечи в широких ладонях. – У меня достаточно дочерей, чтобы позволить одной осуществить мечту и стать настоящим магом.

Эрика широко улыбнулась, чувствуя, как огромный груз ответственности сваливается с плеч, и благодарно обняла отца. Он посмеялся, сжимая ее в крепких объятиях.

Все внутри нее возликовало, ведь теперь ей не придется думать о замужестве еще целых семь лет. Чем ближе становилось ее совершеннолетие, тем чаще ее посещали мысли о том, что она не желала быть женой какого-нибудь торговца или барона.