Второй шанс. Начало

– Да вы даже не представляете, что это должно быть за орудие! – вскинулся на мои слова майор.

– У немцев же есть. Скоро они приспособят эту пушку на прототип танка. Для наших танкистов начнется ад, их будут расстреливать как в тире. Ведь мы не сможем приблизиться на нужную дистанцию, – спокойно отвечал я.

– Ну, если немцы смогли сделать, надо и нам попробовать, вообще-то есть кое-какие наработки.

– Ну, вот видите. Было бы желание. Скажите, а дивизионное 76-миллиметровое орудие, кажется, так и не приняли на вооружение?

– Чья конструкция? Грабина?

– Именно, отличное орудие.

– Ясно, нужно поднять документы по полевым испытаниям. Наверное, дорого выйдет перевести завод на новое орудие.

– Вы лучше доклады с фронта почитайте, да и не так дорого на самом деле. Зис-3 можно запустить вместо Зис-2 и УСВ, – предложил я.

– По пулеметам есть что-нибудь?

– Да, точно. Самое главное, нужно просто больше пулеметов. До войны, видимо, не успели насытить войска по уставу. В каждом отделении должен быть пулеметчик и… Снайпер! Нужно обсудить и проверить возможность запуска КПВ – 14,5 миллиметров.

– Владимировский?

– Точно.

– Не успели перед войной закончить, сейчас вроде некогда.

– Очень жаль. Он ой как пригодился бы, – может, чего-нибудь выйдет. Ведь крупняк-то есть, только до ума довести.

Разговор затянулся до поздней ночи, говорили, чертили наброски разных видов оружия. Я рассказал о нехватке автоматического оружия и предложил найти конструктора Судаева, сказав, что у него есть наметки отличного пистолета-пулемета.

– Отдельно нужно говорить на тему обмундирования военнослужащего. Для бойцов спецподразделений нужны разгрузки, для ношения боеприпасов на себе.

– А это еще зачем? Чем ремень не устраивает?

– В разгрузочном жилете очень удобно располагаются боеприпасы. Ничего не стесняет движений и взять можно больше.

– Что за разгрузка? Как она выглядит.

– Я нарисую, – и стал рисовать примитивный разгрузочный жилет.

Майор качал головой, что-то задумчиво мычал.

– Трудно будет наладить выпуск новинок в столь тяжелое время, – заключил он.

– Вещь очень простая, думаю, не должна быть сильно дорогой. Я сошью вам образец и дам на оценку, пусть мне принесут кусок какого-нибудь материала, да хоть старую гимнастерку, пару ремней от винтовок и пуговицы. Ну и иголку, нитки и ножницы.