Наш дом – СССР

Нужен уравнитель.

Отведя жену почти до дома Лидии Николаевны, дойдет, тут всего пару сотен метров осталось, я направился назад, обратно за Волгу. Начинало темнеть, в декабре уже в шестнадцать часов в нашей местности довольно темно, сейчас думаю, было около того. К территории самой усадьбы в парке я добрался уже после наступления темного времени суток. Бродить и выглядывать, одновременно «светиться» я не хотел, поэтому приглядел кусты, хоть и без листвы они зимой, да все же скроют меня от лишнего взгляда. Зато из этих кустов дом будет как на ладони, а также подход к нему как со стороны парка, так и с дороги.

Мешала для наблюдения только темнота. Фонарей здесь, в парке, не будет и через пятьдесят лет, он вообще приобретет вид полузаброшенного, какие уж тут фонари…

Когда темнота так сгустилась, что видимости не стало вовсе, я решил возвращаться домой, попутно пройдя как можно ближе к бандитскому дому и осмотреться. Пока сидел в кустах, к дому подъехала еще одна машина, в темноте вообще не понял, какой она была марки, но что-то большее, чем «Москвич».

Приехали на машине сразу четверо, не задерживаясь, они прошли в дом, и в окнах появился свет. Нет, они там не софиты зажигали, а простую, скорее всего, как и у Лидии Николаевны, керосиновую лампу.

«Значит, уезжают и приезжают на машине минимум четверо, тот шнырь, которого мы видели днем, вполне может вообще тут жить безвылазно». Трезво оценивая свои силы, решил, что, если я решусь на это дело, встречу с противником нужно устраивать, только разведав как следует все что можно.

Домой, к Лидии Николаевне, конечно, я пришел под утро и опять здорово замерз. Эх, мне бы валенки какие, в резине ноги просто застывают мгновенно, хотя на улице градусов шесть мороза, не очень и холодно. Когда сидишь на снегу, в кустах, без движения, даже такой, небольшой мороз сказывается. Никто меня ни о чем не спрашивал, хотя в глазах бабули было какое-то подозрение. Проснулся я около восьми, Лидия Николаевна вовсю хозяйничала на кухне, готовя завтрак.

– Лидия Николаевна, простите нас, пожалуйста, упали вам как снег на голову, одни хлопоты с нами, – начал я разговор, Катя тоже вышла из комнаты и сейчас резала хлеб.

– Ребятки, мне ничего не стоит вам помогать, о чем вы, только к тебе, Саша, у меня один вопрос. Ты ничего преступного не замышляешь? Ой, блин, вот же бабулька, божий одуванчик.

– Скорее, наоборот, Лидия Николаевна, – ответил я вполне серьезно.

– Как это? – не поняла старушка.