Лживая правда

В таком случае, почему она всегда сознательно опаздывает?

– Вы здесь живете или приехали в гости? – спросил водитель.

– Я здесь живу, – уставившись в окно, сказала Лили.

– Где именно?

Она проверила время на телефоне, убеждаясь в том, что часы идут точно. В Канзасе, где жила ее сестра, сейчас было уже почти десять вечера.

– Извините, – спохватилась Лили. – Что вы спросили?

– Где именно вы живете?

– На Санкрест.

– Вот как! У меня там живут знакомые. Хороший район.

Лили прикусила губу, не отрывая взгляда от экрана телефона, и наконец сделала вызов.

После трех гудков послышался заспанный голос сестры:

– Лил?

– Слушай, извини, я не хотела тебя разбудить. Ты уже спала?

– Ты же знаешь, что спала. Мне рано утром на работу.

– Извини, Люси. Просто я…

– Ответ – нет, и больше не звони так поздно. Спокойной ночи, Лили.

– Я все понимаю, но в ближайшие пару дней у меня больше не будет возможности, поскольку вы уезжаете к родителям…

– Нет, Лили. Ложись спать.

Сестра оборвала связь. Какое-то мгновение Лили смотрела на погасший экран, затем убрала телефон в сумочку.

Поставив локоть на ручку двери, она смотрела на мелькающие мимо казино и гостиницы. Мигающие неоновые вывески разрывали темноту пламенем пожаров. Иногда Стрип вечером казался пылающими созвездиями в галактическом котле, но в другие дни он производил впечатление сваленных в мусорный бак кричащих безделушек. Сегодня получалось нечто среднее.

– Я передумала, – объявила водителю Лили.

 – Просто отвезите меня домой.

Глава 14

Дилан сидел в суде, ожидая, когда пристав объявит его дело, и тут ему на электронную почту пришло сообщение от Мэдлин. Дилан направил молодую женщину на нужный путь, но сам по-прежнему колебался, не желая светиться в деле Арло Уорда.

В книгах и кино частенько изображают, как адвокат с готовностью спешит защищать невиновного. В конце концов, кому хочется защищать виновного, помогая ему спастись от справедливого возмездия за совершенные преступления? Однако в реальности невиновный клиент – это кошмарный сон.

Если адвокат проиграет дело, невиновного человека упрячут в тюрьму. Или, при худшем сценарии, как в случае с Арло Уордом, его, возможно, предадут смерти. Подобные дела порождали атмосферу одержимого трудоголизма, когда Дилану приходилось работать по восемнадцать часов в сутки и спать у себя в конторе. Он твердил себе, что в настоящий момент не может браться за подобное дело.