Лживая правда

Дилан знал, что под шизофренией понимается целый спектр психических заболеваний различной степени тяжести. Многих шизофреников можно считать практически совершенно здоровыми людьми, способными вести плодотворную жизнь, в то время как есть и такие, кто не может выполнить даже самую простую работу. Дилан не смог определить с первого взгляда, к какой категории относился Арло.

– Привет, Мэдлин, – сказал Арло, садясь на стол. Обернувшись к охраннику, он добавил: – Спасибо, Эдди.

– Всегда пожалуйста. Ребята, я оставлю вас одних, но если что, миз[7 - Миз – нейтральное уважительное обращение к женщине, не подчеркивающее возраст и семейное положение.

] Исмера, я буду за дверью.

– Благодарю вас.

Положив руки на стол, Арло улыбнулся Дилану и Лили.

– Это те адвокаты, Арло, о которых я вам говорила. Дилан Астер и Лили Риччи.

– Привет, – сказал Арло.

Его улыбка стала еще шире. Зубы у него были белые и ухоженные. На ладонях под каждым пальцем имелись толстые мозоли, но в остальном руки были гладкие, без ссадин.

Ни трещин на коже, ни грязи под отросшими ногтями, ни волос, выпадающих от недостаточного питания. На вид самый обыкновенный человек, которого можно встретить в гостинице или в торговом центре.

– Ну а теперь, когда здесь сразу три адвоката, – сказал Арло, – можно задать один вопрос?

Дилан бросил взгляд на Лили.

– Конечно.

– Я пишу книгу про совершенные мною убийства, но один заключенный сказал, что у меня ничего не получится, потому что есть закон, запрещающий нам зарабатывать деньги на повествовании о себе.

Это правда?

В девяти случаях из десяти помещенный под стражу человек первым делом спрашивает у своего адвоката: «Долго ли я еще здесь пробуду?» На памяти Дилана еще никто не спрашивал у него то, что спросил Арло.

– Был один закон, – сказал Дилан, – так называемый закон Сына Сэма[8 - Под прозвищем «Сын Сэма» известен серийный убийца Дэвид Берковиц (наст. Ричард Дэвид Фолко; р. 1953).], который не позволял преступникам зарабатывать на своих преступлениях.

Однако в конце концов Верховный суд его отменил, так что да, вы можете написать книгу, если хотите. Но я бы вам этого не советовал.

– Почему?

– Потому что, написав ее, вы признаетесь в совершенных преступлениях.

– Но я правда их совершил.

Наступившее молчание первой нарушила Лили:

– Вы убили этих трех молодых людей?

Кивнув, Арло улыбнулся:

– Ага. Двоих бейсбольной битой, а третью сжег в костре.