Светлолесье

– Да так, люди болтают…

– Какие люди?

Сама не зная, что происходит, я пересела на краешек лавки и, делая вид, будто убираю со лба волосы, смахнула со стола кувшин. Я не сомневалась, что где-то в это самое мгновение корчмарка клянет меня со всеми потрохами до седьмого колена.

– Прошу прощения!

Но Колхат и здесь не растерялся. Когда я подбирала под столом черепки, он присел рядом.

– Только один танец. И я расскажу тебе все, что захочешь знать.

Образ замка на облаках и его хозяина еще не успел померкнуть.

– Любой вопрос?

Колхат подал руку. Я поколебалась под его испытующим взглядом, надеясь услышать что-то существенное. Мне все еще казалось, будто понимаю, для чего ткется паутина.

Когда купец вел меня в центр корчмы, отовсюду летели быстрые взгляды: довольный Осин, сердитые хозяйские, удивленные от постоянных гостей. Но больше всего мне понравился взор Феда, такой же острый и живой, как раньше.

– Почему все на нас так смотрят? – спросил Колхат, тоже заметив такое пристальное, почти неприличное внимание.

– Это можно объяснить тем, что вы выпили все имеющееся в наличии ардэ и до сих пор на ногах. Ну или тем, что я ни с кем не танцую.

– Хм! Я польщен. Так или иначе.

Фед играл вступление к одной из самых мудреных своих песен – «Весть о Полуденном царе». Она была так хороша, что разошлась бы по всему свету, если б наставник играл ее чаще. Одна из моих любимых, конечно же. Тягучая, тоскливая и оттого кисловато-сладкая, как ягода жимолости, лопающаяся на языке.

Колхат взял мои ладони в свои и уверенно повел по дуге вдоль зала. Я почувствовала древесный и слегка перечный запах его волос. Колхат будто обладал особой силой без труда подчинять все вокруг своим желаниям.

– Солнце в ладонях… Возвещает о приходе нового дня, – повторил Колхат за Федом строчку песни. – Какие чудны?е вещи здесь играют. Что ты хочешь знать, танцовщица из Сиирелл?

– Как мне стать такой, как ты, господин? – вопрос вырвался помимо воли.

Колхат засмеялся.

– Какой?

– Сильной. Смелой.

В этот раз он медлил с ответом.

– Стань свободной. У всех для этого свои пути, но тебе… тебе придется стать самой сильной.

– А ты – самый сильный?

– Может быть. – Колхат чуть сдавил мою ладонь. – Во всяком случае, я могу помочь другому обрести свободу.

– Разве свободы не следует добиваться самому?

– Иногда можно и подтолкнуть.

– Ну да. – Я посмотрела поверх его плеча на наставника.