Зелёная чёлка

Я заплакал и сказал:

– Он хотел, но он не будет… Витька Пичужкин из 2 б…он сказал… я бы школы эти взорвал, если бы бомба была… это после урока физкультуры, когда его заставили через козла прыгать, а он не мог…

Тут психолог Римма Алексеевна так тихонечко засмеялась, и после нее уже и директор, и социальный педагог.

– Можете идти, – сказала охраннику, – спасибо. Сами видите.

– Правильно поступаете, – сказал охранник. Он сразу стал куда-то звонить и тихо сказал: «Отбой».

– Иди в класс – сказала Жанна Константиновна.

– Подождите, Жанна Константиновна, – мы же про сочинение, – сказала социальный педагог.

– Ох, – сказала Жанна Константиновна, вынимая аптечку из шкафа, – действительно, сами с ним разберитесь, пожалуйста. Я должна побыть одна.

– Пойдем со мной, – сказала психолог Римма Алексеевна.

Она была молодая, это мама сказала, когда видела ее на родительском собрании. Мне так не показалось, потому что ей было уже лет 20 или даже 35. На родительском собрании Римма Алексеевна рассказывала родителям, что мы – то есть дети – можем испытывать разные чувства, и хорошо нам, то есть детям, говорить про эти чувства вслух.

– И что я должна ему сказать про чувства? Правду? – кричала бабушка на маму.

– Не знаю! – кричала мама.

– Вот тогда и молчи! Пусть лучше стоит в углу и сам все поймет.

Мне в углу действительно было неплохо. У меня там мольберт детский, мелки и лего. И маленький стульчик.

– Психолог сказала, что мы ставим детей в угол от беспомощности! – кричала мама.

– Конечно, от беспомощности, – кричала бабушка. И тебя я от беспомощности в угол ставила, а вон посмотри на себя, выросла же. И правда же… – грустно говорила бабушка, – от беспомощности.

И беспомощно смотрела куда-то в окно.

– А ты включи интервью президента, – говорил я из угла.

– Максим, – говорила бабушка, – займись лего.

Она брала телефон и выходила из комнаты. Там я слышал, что она звонила подруге, пожилой учительнице литературы, и они о чем-то долго-долго разговаривали. Папа наливал себе и маме красного вина, и они сидели на кухне. Я строил из лего Кремль. Так вот эта самая психолог Римма Алексеевна и взяла меня к себе в кабинет.