Эниа

За рулем сидела женщина, которая через заранее снятое до уровня его лица боковое стекло спросила:

– Питер Бартон, садишься?

За четверть секунды в его голове мелькнуло столько мыслей, сколько успело прорваться через сногсшибательный коктейль из адреналина и тестостерона.

Я стал слишком популярным! Ленд крузер В8. Мощно, грубо и вовремя. Я ее не знаю. Она, однако, знает, как меня зовут. А если она тоже охотится на меня? Западня?

Глянул на лицо – красивое… и, если надо выразиться лишь одним словом, он бы выбрал «одухотворенное».

Доверься ей!

Он решительно сел в машину, а дверь закрылась от резкого рывка. Позади затрещал автомат, заднее стекло превратилось в тонкую паутину, под ними что-то хрустнуло. От сотрясения при наезде на наемника половина стекла-паутины выпала. Женщина через правое плечо направила назад левую руку, в которой держала что-то темное, цилиндрическое и угрожающее. Не снимая глаз с зеркала обратного видения, она выпустила

почти

бесшумную пулю,

тоже не как в вестернах,

через заднее стекло.

– Питер Бартон, но вижу, это вам известно – попытался продемонстрировать самообладание он, осознавая, что цилиндрическая штука – пистолет с глушителем.

– Ан О’Мали-Стрьом, раз уж приходится придерживаться официального тона… называй меня Ан.

Сказано было с улыбкой, будто минуту назад они не стреляли, не сбили одного из нападающих, а просто она подсадила путешествующего автостопом и теперь знакомилась с ним. Он понял, что все это не домогательство, чтобы узнать его номер телефона, поэтому покорно отдал ей мобильник

будто в кино

и сказал:

– Вы появились как раз вовремя, спасибо, Ан! А того мужчину… вы его убили?

– Второго, кажется, пропустила.

А ведь никогда не пропускаю!

Второго… да, неправильно перебегал дорогу… Тебе ведь не хотелось, чтобы он тебя выпотрошил? – и она запросто выкинула его дорогой мобильник в боковое стекло.

Да, не хотел бы. Он умолк. Несмотря на ее повадки, он не воспринимал ее как хладнокровную убийцу. Потому, что спасла ему жизнь? Или потому, что выглядела обворожительно? Потому, что казалась и красивой, и опасной? Он не знал. Но надеялся прожить довольно долго, чтобы узнать.