Золото самураев

Как они действуют, тебе, – хозяин ткнул в меня пальцем, – рассказывать не надо, они хотели убить моего брата, ты сам видел. Но мы тоже не спим и кое-что раскопали об одной такой организации. Мы уничтожим ее. Это, правда, займет некоторое время, и моему брату сейчас слишком опасно оставаться здесь. Сидеть же, как крот, в какой-нибудь щели, он не захочет, и я прошу вас взять его к себе.

Мы снова переглянулись. Хозяин рассмеялся.

– Вам тоже не стоит надолго задерживаться в Таиланде. Уверен, вас уже ищут, причем очень серьезные службы.

– Двое не дожили до счастливой встречи с вами, – неожиданно откровенно ответил Энди по-тайски.

Глаза хозяина и Пачанга поползли куда-то под их мощные шевелюры.

– Вы знаете тайский?

– Плохо. Я бывал в Таиланде раньше, и кое-что осталось в памяти.

Теперь уже я разинул рот от удивления. Мне стала понятна легкость, с которой вел себя в Бангкоке Энди, как он умудрился приобрести яхту, да и многое другое стало на свои места в моей голове. Я буквально физически ощутил, как возросло уважение братьев к Энди. Это был неплохой знак.

– Так о чем вы нас хотели просить? – продолжил Энди по-английски.

– Все очень просто. Через неделю вы получите все необходимые документы. Вам нужны не только паспорта, но и визы, права на вождение судов, все документы на судно и еще кучу бумаг: в Таиланде ничуть не меньше бюрократов, чем в любой стране. Получив все это, вы возьмете Пачанга к себе, как у вас называется, шкипером. Так всегда поступают богатые американцы. Потом Пачанг наймет для судна команду, и вы отправитесь, куда душе угодно, но не менее, чем на полгода – почему бы двум богатым янки не поплавать по здешним морям, а? Через полгода-год в паспортах будет столько отметок о визах, прививках и прочей ерунде, что разобраться в них ни один таможенный чиновник уже не сможет.

Предложение было занятное. С какой стороны ни посмотри, а это лучший выход на время, пока не уляжется суматоха, связанная с нами и Пачангом. Этот таец был умен, ничего не скажешь. Он продумал за нас все до мелочей. Глупо было отказываться.