Ну Вы даете, Обштейц!

Вы вняли просьбам и предложениям, и значительно уменьшили габариты изделия. К сожалению это все хорошие новости. Система с вращающейся щетиной нами была одобрена еще в первой модели. Недостатки перечислять?

– Конечно. – Посетитель немного поджал плечи.

– Извольте. Рукоятка, с вмонтированным часовым механизмом, к сожалению не удобна в эксплуатации. Использование несъемного ключа для завода, будет царапать те части тела, с которыми будет соприкасаться. Герметичность не обеспечена, и технически затруднительна, что негативно скажется на живучести механизма.

– Пожалуй, достаточно. – Совсем упавшим голосом, проговорил посетитель.

– Хорошо. – Чиновник сложил свои бумаги вместе с чертежами Альфреда. Но взял копию, и протянул посетителю. – А теперь распишитесь в копии протокола, и будем считать, что на сегодня мы закончили.

– Я согласен. – Альфред взял бумагу и перо, поставил подпись в конце текста, а потом приложил большой палец в подушечку с чернилами, и оставил свой отпечаток пальца за подписью.

– Надеюсь, Вы не в обиде за такое решение?

– Нет, нет. Я вполне понимаю свои просчеты в механизме. Буду работать над совершенствованием. – Альфред опять запихнул бумаги за пазуху.

– Может не надо? – С какой-то безнадегой в голосе спросил чиновник.

– А что мне еще остается делать. – Со вздохом проговорил посетитель, поднялся и, проговорив «честь имею», вышел из комнаты.

Чиновник еще несколько минут сидел без сил. Потом с кряхтением поднялся и пошел в столовую. По дороге он встретил давешнего коллегу.

– Ну и что на этот раз? – Спросил он.

– Зубная щетка. – Почти выругался Шнипперович.

– О-о-о. – Многозначительно протянул встречный и покачал головой. – Что же она ему жизни не дает?

– Даже не знаю, что и сказать. Просто надеюсь, что он выдохнется раньше, чем мы. – Вздохнул Венедикт Поликарпович.

– Мы все на это надеемся.

А начальнику сектора усовершенствований кусок в горло не лез. Он не знал, как отвадить таких «изобретателей». Их было не так чтобы и много, но каждый занимал время и силы у всех работников патентного бюро. Проще всех обходились со своими проблемами в секторе продовольствия. Там всех изобретателей заставляли, есть то, что они изобрели. И не было случая, чтобы кто-то приходил с плохими предложениями более одного раза.