Остров счастливого змея. Книга 2

Александр подвёл острогу близко к голове прямо над глазами и резко ударил вниз, навалился всем телом, так как не знал необходимую силу удара. Видимо, он уперся ногами в лодку, потому что она стала отходить назад, а рыба рванула вперёд, выламывая кисти рук. Александр напряг все силы, провис над водой между носом бата и острогой, и рухнул в реку. Ледяная вода обожгла лицо, проникла под одежду, но он не выпускал древко остроги, пытаясь встать на ноги. Наконец, ему это удалось, он укрепился на дне, растопырив ноги на шевелящейся гальке, и стал перебирать древко, подбираясь к рыбе.

Он уже держался за стальной насад остроги, когда таймень изогнулся, рванул, ударил хвостом, и Александр вновь погрузился с головой. Вынырнув, он увидел прямо над собой борт лодки, изловчился, и рывком перевалил рыбину в лодку. Олонко сразу взмахнул деревянным молотком, и рыба затихла.

Александр подплыл к берегу, цепляясь вмиг окоченевшими пальцами за кусты, выбрался, и упал на прошлогоднюю траву. Разогретая утренним солнцем земля отдала ему свои запахи, и он различил среди них запах уверенности, запах удачи, запах жизни! Он улыбнулся, сел, помахал рукой своим наставникам.

Бат пришвартовался. Олонко и Соло пожали Александру руку. Они улыбались.

– Первая рыба в этом году твоя, Забда! Удача тебе будет! Раздевайся, сушиться надо.

Они мигом развели огонь, и пока Александр, стуча зубами, снимал и выжимал одежду, костёр уже пылал.

– Глотни, – Соло протянул бутылку.

Александр отпил пару глотков водки, затянулся прикуренной Олонко сигаретой.

Стало тепло.

– Хорошо! – сказал он, держа руки над пламенем. – Жить хочется!

Соло и Олонко выволокли тайменя из лодки, положили у ног Александра. Норд, дрожа от возбуждения, слизывал кровь с головы рыбы.

– Килограмм на пятнадцать потянет, – сказал Соло. – Хорошая добыча! Как ты его в лодку поднял?! А удар у тебя хороший. Ладно, ты, Забда, сушись, а мы ещё поищем. Нам тоже хочется.

Они оставили сигарет и уплыли. Александр навтыкал вокруг костра палок, развесил одежду и сапоги, закурил.

Норд поскуливал возбужденно, просил разрешения отведать добычу.

– Нельзя, Норд! Терпи.

Толстая туша тайменя поблескивала серебром чешуи. Тёмные пятнышки контрастно выделялись на светлом фоне. Рыба была красива и вызывала уважение своими размерами. Александр рассмотрел раны на голове. Их было две, и пришлись они сразу за глазами, чуть наискось. Чешуя стала подсыхать на солнце, и окраска стала тускнеть. Александру стало жаль рыбу.