Дикарь. (Не) земная страсть

Я поднимаюсь в полный рост, дергаюсь в сторону парня в форме, который еще и насмехается надо мной, но добраться до него не представляется возможным. Стоит шагнуть, от браслета на ноге тело пронзает заряд электричества, и я скрючиваюсь от боли, не в силах сдвинуться с места.

– Что, оборотень, не нравится? Мы научим тебя подчиняться. Будешь у нас как шелковый.

«Как бы не так!» – стискиваю я зубы, давая себе зарок, еще припомнить этому придурку столь «приятное» знакомство. Его гнусавый смех до жути злит.

С другой стороны, смыть запекшуюся кровь с кожи не так и плохо. Да и раны мои почти зажили.

Даже интересно, сколько я провалялся в клетке? А главное, где теперь моя вредная колючка? Поправилась ли она?

После холодного душа мне предоставляют какую-никакую одежду и переводят в отдельную камеру, в этот раз с кроватью и прочими удобствами. Если не обращать внимания на решетку вместо двери, я бы даже сказал, что здесь вполне сносно. А еще меня ожидает сытный завтрак. Вид у него неважный, но выбирать не приходится.

Чтобы выбраться отсюда и найти Дженни, я должен быть сильным.

Так или иначе все мои мысли возвращаются к этой девчонке, к ее хрупкой фигурке в моих руках, едва различимому дыханию на коже, и ее запаху… самому нежному из тех двух миров, в которых мне удалось побывать. Пока не знаю как, но я обязательно найду ее и вытащу нас отсюда, остальное – вопрос времени.

По сигналу двери открываются. Меня и других заключенных подобно безмолвному стаду выводят на огромное поле, окруженное трибунами в несколько ярусов.

Все мы одеты в одинаково невзрачные костюмы серого цвета и лодыжки наши украшают одни и те же браслеты. Выходит, не такие уж мы все тут и разные. За что-то и остальные сюда угодили.

Первым делом я оцениваю обстановку. Охраны по периметру слишком много, да и чертов браслет на ноге хоть и не мешает двигаться, но стоит ему сработать… С такой штуковиной далеко не убежать, не в человеческом обличье точно.

А оборотные ягоды плектирона остались в потайном кармане моего прежнего костюма. Знать бы еще, где он сейчас.

Другие заключенные, даже крепкие с виду парни, держатся особняком, словно побаиваются ко мне приближаться. Все, кроме моего соседа из камеры напротив. С виду он немногим постарше Тео, темноволосый, бородатый. Но взгляд у него не такой потерянный, как у других, будто этот землянин и сейчас точно знает, что делает. Я такое в людях сразу чувствую.