Алессия. Рождение надежды.

Высыпав на руку еще немного порошка, она с силой дунула на него, и перед нею вновь проявился очередной участок дороги. Тропинка поворачивала направо под прямым углом и была абсолютно прямой. Сестра прошла до видимой границы тропинки и повернула, проделав те же действия, что и ранее, и вновь перед ней открылся новый участок тропинки. Остальные Сестры продвигались следом за ней. Старшая Сестра то и дело останавливалась, открывая все новые и новые участки дороги. Тропинка поворачивала то влево, то вправо, словно обходя невидимые препятствия.

Проходя по этому сказочному – иначе не скажешь – мосту, Сестры видели под ногами речку, протекавшую по дну пропасти и казавшуюся с такой высоты ручейком. Мост был абсолютно прозрачным, и лишь серебристый порошок, покрывший его тончайшим слоем, делал мост едва видимым.

Вид отсюда был просто потрясающим: сверкающая в лучах восходящего солнца река протекала среди зелени густых кустарников, раскинувшихся по ее берегам, словно блестящая серебряная цепь по причудливому изумрудному покрывалу.

Это было довольно странное зрелище: три женщины словно парили в воздухе, потому что с последним шагом бесследно исчезал очередной участок тропинки. Сестры наконец добрались до противоположного края и облегченно вздохнули. Но отдыхать было еще рано.

Замечу, кстати, что девочка покоилась на груди одной из Сестер в специальном мешочке. Малышка спала крепким сном и даже не предполагала, что ее жизнь висит на волоске. Девочка казалась некрасивой, как, впрочем, и большинство младенцев, но в ее лице было что-то такое, что притягивало взгляд. От лица девочки словно исходило сияние, которое не ослепляло, а делало мир вокруг нее светлее и добрее.

Родители малышки, когда она открывала свои чудесные глаза, не могли в них наглядеться. Их можно было понять: когда она смотрела на мать с отцом своими ясными голубыми глазами, им казалось, что весь мир сосредоточился вокруг этого крошечного создания, что нет большего счастья, чем находиться возле нее. Она излучала мир и покой, счастье и доброту. И вряд ли можно себе представить горе родителей, лишившихся своей ненаглядной крошки.