Третий лишний

И в его голосе еле уловимо, но все-таки проскользнула нотка, которая разрешается только матерому уже старшему помощнику капитана; в этой нотке содержится приблизительно следующее: конечно, вы капитан, и когда я стану капитаном, то буду вести себя так же сверхосторожно и буду заставлять штурманов искать радаром двадцатиметровый островок за сорок пять миль, что является фантастикой, ибо вы сами восемь часов назад определялись по пяти звездам, и никуда нас в штилевом океане за это время унести не могло, и так далее – в одной этой еле заметной нотке столько всякого, что надо еще десять страниц исписать.

– С тараканами никто не чешется, – продолжал капитан. И в его голосе еле уловимо прозвучали интонации молодого Юрки. – Будем разговаривать языком пистолета.

– С тараканами? – спросил Витя Мышкеев. Очевидно, он включил радар на прогрев. Теперь две минуты ему нечего было делать, кроме как подыгрывать капитану в ироничности.

– Пишите приказ, Виктор Робертович. Создать особую диверсионную группу по борьбе с тараканами.

– Витя Мышкеев, – сказал старпом.

– …судовой врач Еременко. У него уже пролежни на спине.

– А кто же Витя Мышкеев?

– Вы осуществляете надзор и контроль, так сказять. Виктор Викторович на смену вахт приходил?

– Он в штурманской.

Я поставил лоцию Антарктиды на место и вышел в рулевую рубку.

Юра был в шортах и ослепительной рубашке, уже крепко загоревший, свежий. Сдержанно, но улыбнулся:

– Как ваши дела, старина? Пойдемте искупнемся?

– Сопроводить могу, купаться не буду.

– Почему не пробовали щупать Паулу?

– Далековато, Юрий Иванович.

– Ладно. Плывите тут без меня.

Он ушел. Осталось ясное сознание того, что если я когда попадал в дурацкие ситуации, то все эти ситуации по сравнению с нынешней – игрушки, детский лепет.

Двадцатого мая семьдесят пятого года в Северном море, в самой его середине, на теплоходе "Фоминск", следуя на Лондон от Скагена, в двадцать три часа по московскому времени я глядел на закатные небеса в штурманский бинокль из окна капитанской каюты и критиковал Юру Ямкина за потерю им интереса к смотрению на небеса.

Основной же темой разговора был зеленый луч, который вспыхивает на закате и приносит увидевшим его счастье. Никто из нас такого луча не видел, и потому мы подозревали, что его и вовсе не бывает и все это обычные морские легенды.