За нас все решили

– Нет, Тим, оставайся с гостями, ты же все-таки хозяин дома, – сказала я, спускаясь по лестнице.

– Если я смогу чем–то помочь, позвони, ладно? – Тимур шел следом.

– Хорошо, – я быстро чмокнула его на прощание и побежала домой.

В больнице у папы взяли ряд анализов, поставили пару капельниц, а к утру мама настояла, чтоб я съездила домой, собрала необходимые вещи для отца и немного отдохнула. Спорить не стала, хоть и видела, как мама вымоталась за эту ночь от переживаний. Решила, что вернусь к обеду и сменю ее.

Когда я подъехала к дому, на часах было уже пять утра. Я вспомнила, что Тимуру даже не позвонила, проверила свой телефон, но и он не звонил, что на него совсем не похоже. Наверное, уснул. Хотела, было, уже зайти к себе домой, но увидела свет в комнате Тима, позвонила, но телефон был отключен. Я развернулась и пошла в сторону его дома. Дверь мне открыл какой-то незнакомый парень, которого я не видела в эту ночь, наверное, приехал позже. В доме тихо играла музыка, а из комнат отчетливо слышался храп, несколько человек еще не спали, разговаривая в гостиной.

Я поднялась на второй этаж и направилась в комнату Тимура. Дверь была приоткрыта, я вошла и застыла на месте. Моему взору представилась ужасная картина, даже в самом страшном сне я не смогла бы этого представить. Острая боль пронзила сердце, когда я увидела полуголую Соню, лежащую в одних трусиках рядом с полностью обнаженным Тимуром Покровским. Я судорожно начала тереть глаза, а затем мотать головой, пытаясь избавиться от этого видения.

Глава 5.2

Как человек, который клянется, что любит тебя больше жизни, может предать? Который ловит каждый твой взгляд и вздох, который так нежен и так искренен, может изменить? Я никак не могла в это поверить, это была какая-то ошибка, какой-то сон, я скоро проснусь, и все исчезнет. Ведь еще несколько часов назад он с таким трепетом держал меня в своих объятьях. Но глаза видели то, что видели. Неужели можно так лгать? Я знала, что Тимур не святой.

– Тимур, – сквозь выступившие слезы тихо позвала я.

Тимур медленно приоткрыл глаза, глядя в мою сторону, но не на меня, а куда-то сквозь. А затем просто закрыл глаза и отвернул голову.

– Уходи, Алиночка, не видишь, что ты здесь лишняя? – ехидно пролепетала Соня.

– Тимур, – я сорвалась на крик, – скажи хоть что-нибудь.

Тимур молчал.