Английский лорд и недотрога

Хотела я того или нет, но, что бы не делала, все время прокручивала в голове слова, которые скажу Ричу при встрече. К тому моменту, когда он позвонил в дверь, казалось, я была во всеоружии, продумав все возможные варианты развития событий. Но пытаться думать, как Ричард Питерсон и быть Ричардом Питерсоном – две разные вещи.

– Привет, Мышка! Скучала? – на выбритом до блеска лице растянулась самодовольная ухмылка.

Рич был хорош: обаятельный, отдохнувший, одет с иголочки в строгий деловой костюм и белоснежную сорочку.

Модная укладка, дорогие часы и галстук дополняли образ, словно он только что вернулся с важных переговоров. Только если прежде от одного его вида у меня подгибались колени, а по телу растекалось желание, теперь я смотрела на него и почти ничего не чувствовала.

– Привет, проходи. Нам нужно серьезно поговорить, – выдала я со всей решимостью.

Рич услышал, что хотел. Пройдя вглубь квартиры, он по-свойски сгреб меня в охапку и заклеймил губы властным поцелуем. От его напора я несколько растерялась, особенно, когда твердый язык без всякого на то разрешения принялся вторгаться в мой рот.

То, что я не ответила на его страстный порыв, самого мужчину ничуть не смутило, а стоило мне начать сопротивляться, это его и вовсе раззадорило.

– Да ты у меня сегодня дикая кошечка, – прошептал он, едва оторвавшись от моих губ, но все еще не выпуская из своей медвежьей хватки. – Это все из-за той вечеринки с коллегами, да? Мне нравится, когда моя Мышка меня ревнует.

Мыслей о том, что в моей жизни мог появиться кто-то другой, а солнце не вращается вокруг его самовлюбленной персоны, у него даже не возникло. Рич всегда вел себя так, словно других мужчин не существовало вовсе, по крайней мере, в моей вселенной. В этом плане я по-хорошему завидовала его самоуверенности.

– Я не ревную, – в этот раз прозвучало неожиданно твердо. Мужские глаза удивленно округлились. Пользуясь заминкой, я выскользнула из его захвата и отошла к открытому окну, делая несколько глубоких вдохов.

 – Нам действительно нужно серьезно поговорить.

Присев на край дивана у столика, где в вазочке лежали мои любимые мармеладки, Рич забросил пару из них себе в рот.

– Я хочу взять паузу, – проговорила тем же тоном, как совсем недавно, когда репетировала перед зеркалом.

– Зачем, детка? Тебя что-то не устраивает? – абсолютно спокойно отозвался Ричард с набитым ртом. Его привычка, говорить, не прожевав, и прежде меня бесила.