Противостояние

Вдоль полотна карты, изредка бросая изучающий взгляд на тот или другой участок фронта, тяжелыми шагами прохаживался «самый талантливый полководец со времен Суворова», «последняя надежда России», «спаситель Мира», титулованный остатками бесполезной теперь прессы этими и другими прозвищами – генерал-лейтенант Асмолов Вадим Павлович. Несмотря на молодой для генерала возраст, генерал успел отличиться грамотным ведением боевых действий в нескольких локальных конфликтах, его статьи по тактике и стратегии издавались в закрытых специальных изданиях генерального штаба.

Сам генерал совсем не чувствовал себя какой-либо надежной или спасителем. Ему жутко хотелось курить – два месяца для бросившего курильщика не срок, беспокоила судьба, так и не обнаруженных родителей, живших в Воронеже, давил груз ответственности за разрозненные войска и, начинало тошнить от регулярно принимаемых стимуляторов, помогающих держаться на ногах и что-то соображать после бессонных двух суток.

Офицеры, работающие за ближайшими к Асмолову АРМами, старались говорить максимально тише, чтобы отвлекать его от стратегических раздумий. А Асмолов прикидывал – сработает ли датчик дыма, если покурить в туалете и, вспоминал, кто из знакомых офицеров, работающих сейчас в бункере, курит, чтобы можно было «стрельнуть» сигарету и зажигалку.

– Товарищ генерал, – негромко позвал подошедший майор. И, заметив, что привлёк внимание Асмолова, уже громче продолжил: – Разрешите обратиться?

– Давай, – кивнул Асмолов, останавливаясь и, мысленно сжимаясь; от хороших вестей он уже отвык.

– На берегу Чукотского моря близ Мыса Ропиталга высадился новый десант фмериканцев, батальон рейнджеров, две мотострелковые части. Также вас продолжает вызывать генерал Томпсон, говорит, что хочет говорить лично с вами.

– Командующему Дальневосточным округом сообщено о высадке?

– Да.

– Спасибо, можете идти, – не обращая более внимания на посыльного, Асмолов продолжил путь.