Я больше не твоя

Но это же просто смешно!

– Не все решать папе, дочка, – отвечает она и поворачивает ручку двери. – Милая, не сиди дома, раз есть такая возможность и он, – кивает в сторону коридора, имея в виду папу, – тебя отпускает.

Мама выходит из спальни, а я понимаю, что она права как никогда. Отец совсем не против, чтобы я проводила время с Марком. Значит, так тому и быть. Резко вскакиваю с кровати и ныряю в гардеробную. Выбираю самое откровенное из своих платьев, длинные сережки к нему и джинсовую куртку оверсайз.

– Ева, вот это другое дело! – восклицает Морозов, как только я устраиваюсь на переднем сиденье его автомобиля. – Ты выглядишь отпадно.

– Спасибо, Марк, – небрежно бросаю я, отворачиваясь к окну.

– Малышка, ну хватит дуться, – он притягивает меня к себе, крепко обнимая и целуя в макушку. – В следующий раз я обязательно сообщу, где и с кем нахожусь.

– Да мне необязательно знать, где ты, – сиплым голосом говорю я. – Просто не надо бросать меня посреди парковки одну в дождь, ладно? И я сейчас не в буквальном смысле.

– Понял. Простишь меня? – не успокаивается парень.

– Да. А теперь скажи, куда мы поедем сегодня. – Отстраняюсь и пристегиваюсь ремнем безопасности, игнорируя ехидное фырканье Морозова.

– Сегодня у нас необычный вечер. Скоро все увидишь, – радостно сообщает Марк и трогается с места, оставляя позади клубы дыма.

Сумерки опускаются на оживленную дорогу, по которой с явным превышением скорости несется автомобиль Морозова. Громкий рев мотора отдается в ушах, заставляя меня мечтать о том, чтобы эта поездка поскорее закончилась. Спустя около получаса машина сворачивает на пустынную улицу и, прошмыгнув в темный проулок, останавливается около неприметного здания.

– Где мы, Марк? – Невольно обнимаю себя за плечи, оглядываясь по сторонам. – Что-то мне это совсем не нравится.

– Ты со мной, и тебе нечего бояться. – Мой парень глушит тарахтящий двигатель. – Там все наши соберутся.

Все «наши» – это друзья Морозова, которые не слишком-то мне нравятся. По правде сказать, большая часть из них напоминает скользких гадов, привыкших к красивой жизни и не представляющих из себя ровным счетом ничего. Но в их присутствии я, разумеется, натягиваю на губы дежурную улыбку и действительно пытаюсь найти общие темы для разговора.