Алекс и Бритни

Подобное предложение Алекса устраивало, потому что заготовленные им заранее вопросы с появлением, наконец-то, возможности их задать, кому следует, исчезли так же бесследно, как и их с Бритни скафандры.

– Мы слушаем, – Алекс приготовился слушать.

Бритни освободилась, наконец, из объятий желтой стены, и приблизившись к Алексу, тоже приготовилась послушать, что им скажет пришелец.

– Ваши скафандры неуязвимы, – начал говорить Тондор, – как перед земным оружием, так и перед каким-либо другим. Никакая сила ни на вашей планете, ни в галактике, не сможет их пробить.

Услышав последние слова, Бритни почувствовала, как по ее телу побежали мурашки. Это было как предупреждение о предстоящей опасности. Но, что конкретно их с Алексом ожидает в ближайшем будущем, она не отважилась спросить.

– В обычных, нормальных условиях, ваши скафандры абсолютно невидимы, – продолжал говорить Тондор, – Как сейчас, например.

«А, так вот почему они исчезли, – пронеслось в голове Алекса, – Теперь все ясно».

– Но чем выше степень опасности для вашей жизни, тем отчетливее будут проступать на вашем теле скафандры, и соответственно, тем эффективней они будут вас защищать от любых источников опасности, – голос Тондора вдруг начал как будто удаляться. Но уже спустя мгновение, звучал с прежней силой, – Интенсивность свечения скафандров служит индикатором степени опасности, которая вам угрожает.

Бритни от неожиданности не сдержалась, и печально вздохнула. «Как же так? А как же они тогда с Алексом будут заниматься этим самым? Они ведь любят друг друга. Разве нельзя сделать так, чтобы скафандры можно было снять хотя бы на ночь?» Но спросить об этом пришельца она не отважилась, по той простой причине, что до этого момента он разговаривал только с Алексом. К ней пока не обращался. «Дискриминация, какая-то… Космическая!» – возмущенно подумала она, но на лице это никак у нее не отразилось.

– Не сковывая ваших действий, чем бы вы ни занимались, – продолжал говорить Тондор, как будто прочитав ее мысли.

Услышав это, Бритни сразу повеселела, и даже начала думать о нем с симпатией. Чего сделать до этого момента, ей пока никак не удавалось.

– А если кто-то попытается их украсть? – неожиданно вырвалось у Бритни.