Принцесса Ибоно

Рикано, который невольно прислушивался к их разговору, хмыкнул и, покачав головой, пошел к своей лошади. Беззаботно помахивая хвостом, она объедала с кустов листья. Немного порывшись в сумке, он вытащил моток веревки.

– Поможешь связать? – просил он Колана, кивая на туши.

– Иду.

Вдвоем они быстро управились, и минут через десять все было готово. Рикано привязал одну тушу к седлу лошади Колана, а вторую к седлу своей.

– Будем тащить их по земле, – объяснил он.

– Я уже понял, – ответил Колан.

Лошадь Арис, испугавшись критхи, так и не вернулась обратно.

Рикано предложил ей ехать вместе с Коланом, но Арис отказалась и заявила, что поедет с ним. Колан, услышав это, ничего не сказал. Он запрыгнул в седло своей лошади и натянул поводья.

Возвращались они в деревню той самой тропинкой, по которой ехали на охоту. Когда они выехали из леса и подъехали к ограде, Арис влезла на лошадь и, держась руками за Рикано, принялась громко кричать. В ту же секунду над воротами появилась голова стражника.

Заметив их, голова снова исчезла и через минуту ворота быстро открылись. Охотники, с богатой добычей, въехали в деревню и направились к дому вождя.

Глава 12

Под вечер, когда солнце клонилось к закату, Колан не торопясь ехал по улице. Туземцы уже знали о том, что произошло утром на охоте, и теперь большинство из них смотрели на него с уважением. Не каждый день увидишь, чтобы два охотника, один из которых без оружия, привезли две туши взрослых критхи. И теперь, чувствуя себя героем, Колан ехал по деревне с важным и независимым видом.

Сейчас он направлялся к Арис. Конечно, было бы лучше встретиться с ней где– нибудь вне стен дома вождя. После некоторых раздумий, Колан решил помириться с ней, а говорить об этом в присутствии ее отца, ему не очень– то хотелось. Даже если вождь и не понимал земной язык, в чем Колан лично очень сомневался. Думая об Арис, Колан подумал еще и о том, что лучше было сделать это на охоте, когда он спас ее от разъяренного критхи. Но вместо этого, он сам не зная зачем, начал подшучивать над ней, и Арис снова обиделась.

Но Колан, за свое короткое время пребывание среди туземцев, понемногу начал узнавать их нравы и понял, что отказываться от такой красивой девушки как Арис было бы глупо, даже если он не возьмет ее с собой.

Ночью Колану иногда хотелось, чтобы Арис была рядом с ним, и в такие минуты, он называл себя не иначе, как идиотом за то, что отказал Арис, когда она пришла к нему в первый вечер.